Эван Макгрегор признался, что в молодости был большим любителем женщин, и рассказал о том, что заставило его стать верным семьянином.

– Дома не ночует, – гадко ухмыляясь, сообщила старуха снизу, которая всегда все знала.
– Рад за нее, – сказал я довольно равнодушно, но разбуженное любопытство принялось если не пыхать, то тлеть.
Удивительно было думать, что у бледной тени может появиться любовник. Я не знаю, как занимаются любовью тени, наверное, что-то клавесинно-дребезжащее: «город золотой – ясною звездой».
А как-то раз видел ее со спутником. Это был довольно грузный мужчина среднего возраста, тоже бледный, одутловатый слегка, в очках с толстой оправой и такой же, как и она, сконфуженный.
– Они в дурдоме познакомились, – сообщила все та же старуха.
Сказала сплетница со своей обычной безапелляционностью, но я отчего-то поверил. То, каким бывает секс у теней, я представить не мог, но был способен вообразить их встречу в каких-нибудь безжизненных, пахнущих хлоркой декорациях с разговорами на полтона, да на пару шелестов.
Каким бывает секс у теней, я представить не мог, но был способен вообразить их встречу в каких-нибудь безжизненных, пахнущих хлоркой декорациях.
С того времени расшаркиваться перед соседкой я стал тщательней, а еще чаще обходил за версту – чтоб не задеть неосторожным словом. Воображал себе шаткий шкаф-витрину, который рухнет, развалится, если к нему внезапно приблизиться.
А потом уехал за границу, где у меня своя личная жизнь образовалась. Я едва ли вспомнил бы о бывшей соседке, если бы не тот вечер и не рассказ знакомого психиатра о его безумных пациентах.
Я обязательно спросил бы: «Вы счастливы?» И постарался бы расслышать «да».
– Они не сумасшедшие, – возражал я, – у них причуды.
– А тебе-то откуда знать? – вопрошал он с наглостью дипломированного специалиста.
Действительно, откуда? Соседями мы пробыли с ней пару лет, а перекинулись едва ли парой слов. Не возникало такой потребности. Но если бы сейчас она жила через стенку, то я, повстречав ее как-нибудь на лестничной площадке, обязательно спросил бы: «Вы счастливы?» И постарался бы расслышать «да». Не скажу почему.
В рубрике «Женщина глазами гея» читайте также:
|