Диана Арбенина: «Своим детям я желаю много трудностей»

Как отучить ребенка врать? Не знаю

Мне нравится вдохновлять детей и пробивать их. Учитель и ученик всегда будут по разные стороны баррикад, Но если удается вдохновить малышей – вы для них Бог. А чтобы они вам поверили, нужно сгорать самому. Несколько лет назад в Казни был большой акустический концерт «Ночных снайперов». Артему было четыре года, и он выиграл тендер поехать со мной. Они у меня борются за тендер – кто поедет со мной. И тут Тема выиграл. Концерт был в большом красивом зале оперного театра с портьерами и ложами. Во время выступления я чувствовала, что меня постоянно что-то отвлекает – шебуршится и ерзает слева от сцены. После концерта спрашиваю, как он себя вел. Когда сказали – как мог, так и вел, я все сразу поняла. Он сидел на свободном месте в ложе. И чего он только не делал – и заплетал девочке, сидящей впереди, косички, и ползал под креслами, драл портьеру, как кот. Я не стала его ругать – смысла нет, после драки кулаками не машут. Я тогда привела его в отель и посадила в ванную «делать море». Когда я набираю воду и говорю: будем делать море, он знает, что это ванная. А если душ, значит, «ливень». Когда он остался сидеть в ванной один, вдруг запел мои песни. Я подумала, что не зря привезла его с собой – хоть что-то в нем осталось.

Отцы и дети: Пресняковы рассказали о своем режиме дня
Подробнее

Артем начал врать мне. Он этого не осознает и не сознается. С Мартой мы ждали его в музыкальной школе, а он где-то застрял. И вот он идет, и у него весь рот в шоколаде. Надо было его сначала к зеркалу отвести, но я-то вспыльчивая. Спросила: «Ты что, ел шоколад?» Он ответил «Нет!» И пока мы шли к зеркалу, он весь утерся. Мне только оставалось спросить: «Почему ты нам с Мартой не оставил?»

Он часто не сознается и врет. Потому что чего-то боится. Я над этим серьезно работаю, ведь для матери это большая проблема. В семье его не бьют, и он не боится физических наказаний. А все наказания, которые были в моем детстве, на него не действуют. Например, бойкот. Когда я что-то делала не так, родители со мной не разговаривали. Я становилась изгоем. Для меня это было страшно. Но сыну – не особо. Ну не разговаривают и ладно, думает Артем. Так что пока я не могу решить эту проблему.