Эксклюзив

Ирина Муромцева: «Дети в приоритете перед мужчиной»

– Со вторым ребенком поменялось мое отношение к каким-то ситуациям. Когда что-то делаю, смотрю с точки зрения: хочу ли, чтобы это было в жизни моих детей. Когда появилась Любаша, мне было двадцать с небольшим, многое было непонятно, оставалось слушать советы взрослых или читать книжки. Относительно последних выбор был скудным, в основном дурацкие типа Бенджамина Спока. Это сейчас есть Людмила Петрановская, Юлия Гиппенрейтер, их теории воспитания разделяю полностью, на их ошибках и опыте учусь. С мамой у меня тоже были разные взгляды на воспитание, она сильно пыталась влиять на то, что и как нужно делать. Я реагировала болезненно и остро. Но прогибалась, потому что считала, что так и должно быть. Мою реакцию видела Любаша. Теперь считаю, когда рядом ребенок, который воспитывается твоим примером, надо десять раз подумать, как себя вести, при этом не позволяя другим людям двигать твои границы. Хорошо только тогда, когда тебе комфортно. Есть у меня один девиз, который всегда звучит в самолете: «Наденьте маску сначала на себя, потом на ребенка». Не позаботишься о своем внутреннем состоянии, не разберешься со своими тараканами, твое поведение будет восприниматься как матрица для ребенка.

Нет единого рецепта, как разобраться с капризами ребенка. Действую по ситуации. В 2–3 года ребенок проходит первый этап взросления, начинаются истерики по любому поводу. Иногда достаточно строго и спокойно произнести: «Что ты хочешь? Можешь сказать нормально?» И Сашуля приходит в себя. Но когда истерика в разгаре, поздно уговаривать, да и кричать бессмысленно, нужно просто подождать, быть в видимости малыша, обнять его, а потом спокойно перейти на активное слушание: «Я вижу, ты устала, расстроена». А потом говорить о своих чувствах, не оценивая ребенка. Например: «Мне грустно, потому что игрушки раскиданы, и мы не почитаем, а очень хотелось». Иногда сил и терпения не хватает. Хочется, чтобы как в сказке фея взмахнула волшебными палочками, игрушки собрались, все утерли слезы и лежали в пижамах. Тогда говорю: вы занимаетесь своими делами, а я иду спать. В любом случае следую своему правилу, и это работает.

Анна Снаткина: «Трехлетней дочери читаю «Онегина»
Подробнее

– Дети у меня всегда будут в приоритете перед мужчиной. Максима сразу предупредила: «Я могу тебя любить, поддерживать, но в ситуации, когда вы с Любашей станете по разные стороны, всегда приму ее позицию. Ты взрослый, сильный, ты мужчина, выдержишь, а у нее больше нет никого. Можешь принимать это или нет, но так будет». Были моменты, когда он говорил, что она избалованная. Хотя это первый взгляд на вещи. Она просто привыкла к моему вниманию. Хотела его в том же объеме, а невозможно, потому что появились Максим и Сашуля. И внимание, которое раньше доставалось ей одной, нужно было разделить на три части. Любаша явно испытывала в нем дефицит и разными способами привлекала внимание. Поначалу Максим и Любаша притирались друг к другу. Максиму, наверное, хотелось сразу признания себя как главы семейства, но в силу возраста не хватило силы и мудрости подождать, когда это случится естественно. Случались конфликты. Сейчас все наладилось. Максим выбрал позицию общения с Любашей как с приятельницей. Подсказывает, какие фильмы посмотреть, какую музыку послушать, так как давно работает музыкальным продюсером, порой имеет возможность достать пригласительный на концерты, на которые уже не попасть. Это тоже котируется. Он не вмешивается в наши с Любашей споры, но позже может мне сказать, что думает, дать совет. Но есть секреты между мной и дочерью, в которые он не посвящен. Если знаю, что мне нельзя говорить или Любаша об этом попросила, не буду этого делать.

Сочинение Любы Муромцевой (14 лет)

«Начнем с того, что какая бы она ни была, это моя мама, я ее люблю. И именно поэтому я это написала, только по маминой просьбе, а не от большого желания.

Я очень благодарна судьбе за то, что между нами нет никаких секретов. Конечно, у каждого есть своя личная жизнь, но нет нужды ее скрывать, просто потому, что тебя за нее никто не осудит. Моя мама относится ко мне не как к неразумному ребенку, а как ко вполне сформировавшемуся человеку. Это то, чего очень часто не хватает. То есть для нее совершенно нормально спросить у меня совета, так же, как и мне у нее. И это не обязательно совет по поводу всяких повседневностей, как, например, что надеть завтра, а что-то более весомое. Самое главное, лично для меня, в наших отношениях с мамой – это открытость, поддержка и правильное восприятие моих слов. Я надеюсь, что рано или поздно все достигнут такого же понимания хотя бы с одним из своих родителей, потому что это очень важно».