Ведущая Ольга Ушакова: «Удивительные дети иначе чувствуют мир»

«Когда дочке исполнился годик, наш жизнерадостный малыш перестал говорить, хотя до этого я уже испытала радость от заветного слова «мама», – вспоминает Ольга. – Прошло еще четыре года, прежде чем дочь заговорила снова».

— Я родила Дашу в 24 года. Всего через три месяца после ее появления на свет забеременела Ксюшей. Двое детей подряд не были запланированы, но это самая счастливая случайность, которая могла со мной произойти. Благодарна Богу за то, что так сложилось, потому что после того, как у старшей дочки проявились неврологические проблемы, не решилась бы родить второго ребенка, наверное, еще долго и никогда бы не узнала, какое это счастье – быть мамой двух девочек-погодок.

Планировала через полгода вернуться на работу (Ольга с 2005 по 2014 год вела новости на Первом канале. — Прим. «Антенны»), но во время второй беременности начался сильный токсикоз, поняла: выходить сейчас бессмысленно. Договорилась с руководством и из первого декрета отправилась во второй. Пока сидела дома, реализовала с подругой идею создания благотворительного фонда для детей с «непопулярными» неврологическими диагнозами. Волновало, что таким малышам не уделяют должного внимания. Одно дело, когда люди собирают деньги на операцию ребенку и потом видят, как он встал, пошел, и совершенно другое – просить помощи для нуждающихся в длительной реабилитации, их успехи часто незаметны посторонним. Погрузилась в проблему с головой, изучала заболевания, современные методы лечения, медицинские центры. Позже выяснилось, что и у моего ребенка есть проблемы…

Тест на человечность: особенные дети звезд
Подробнее

Когда Даше исполнился годик, наш смышленый жизнерадостный малыш перестал разговаривать, то есть вообще ни звука, хотя до этого я уже испытала радость от заветного «мама». Были и другие слова, соответствующие возрасту. Еще год ждали, что вот-вот вернется речь и все будет в порядке. Но ничего не изменилось. Мы прошли тщательное обследование, и ей поставили дифференциальный диагноз, предполагающий разброс заболеваний от не самого приятного, но не страшного до действительно серьезного и опасного.

Успела, конечно, начитаться информации в интернете, и ужасные прогнозы не шли из головы. Несколько недель не могла смотреть на Дашу без слез и тревоги. Это был самый страшный период в моей жизни. Повторное обследование дочь прошла за границей, врачи успокоили, но ответа на вопрос «что не так?» не дали. Сказали: «Ждите, все наладится». Таким образом мы практически упустили важнейший период в жизни до трех лет, когда грамотными занятиями можно было бы здорово помочь. Интуитивно чувствовала, что ничего не наладится само собой, надо действовать, куда-то бежать. К сожалению, в нашей стране ранняя диагностика заболеваний аутистического спектра у детей на крайне низком уровне. Сколько семей теряют драгоценное время! Нас долго успокаивали, что у Даши просто задержка речевого развития, рекомендовали занятия с логопедом и стандартный набор всякой химии.