Искусство быть отцом

Планируете завести ребенка? Готовьтесь к тому, что дом погрузится в пучину хаоса и разрушений. Будущий отец и по совместительству знаменитый американский дизайнер Джеффри Билхьюбер поступил радикально: еще до рождения отпрыска сам испачкал стены мелом и покрыл дорогие обои каракулями!

Текст: Митчелл Оуэнс (Mitchell Owens). Фото: Уильям Уолдрон (William Waldron). Стиль: Карлос Мота (Carlos Mota).

Рисунки на стенах в квартире
Рисунки на стенах в квартире

Ожидая появления в семье первенца, большинство людей размышляет о проблемах сугубо практического свойства: чем обить острые углы мебели и как предотвратить неминуемую встречу отпрыска с электрической розеткой. Но дизайнеры интерьера — люди особые: даже в это время они озабочены вопросами единства стиля, колорита и прочими высокими материями. Именно так ведет себя Джеффри Билхьюбер — будущий отец и по совместительству один из самых известных дизайнеров Америки. Он оформлял дома Дэвида Боуи, Юбера Живанши, Майкла Дугласа и топ-модели Иман, но сам до недавнего времени не имел постоянного пристанища. Джеффри называет себя кочевником со стажем. За последние восемь лет он сменил пять квартир, по интерьерам которых легко проследить эволюцию его стиля. Но теперь с переездами покончено. Ожидая рождения первого ребенка, дизайнер наслаждается новым для него ощущением оседлости: «После стольких лет жизни на чемоданах приятно наконец осесть на одном месте всерьез и надолго». Новообретенное семейное гнездо Джеффри по американским меркам невелико — в квартире всего две спальни, — но исключительно удачно расположено. Квартира находится на двадцатом этаже одного из манхэттенских небоскребов, из окон открывается прекрасный вид на реку и парк.

Давних поклонников Билхьюбера интерьер его нового жилища, пожалуй, удивит. На практике и в теории (Джеффри — автор двух книг о дизайне) он всегда ратовал за ясность, графичность, чистоту линий. В любви к тканям в гигантскую клетку, золотой бахроме и искусственным оленьим рогам он раньше замечен не был. Но, как объясняет дизайнер, все меняется. «Сейчас в моей жизни произошел квантовый скачок! — говорит он. — Я сделал себе имя, оформляя дома одиноких людей. Но то, что годится для холостяцкой квартиры, не подходит для семейного гнезда — и наоборот».

  • Фото 1. Гостиную украшают портреты американских президентов и рисунок Жана Кокто. (Слово «патриотизм» для Джеффри не пустой звук: мечта его жизни — оформить интерьер Белого дома.) Кресла Karin в обивке песочного цвета сделаны по эскизам Джеффри. Лакированный коктейльный столик в китайском стиле куплен на аукционе Christie’s. Стены обиты хлопчатобумажной тканью от B.Berger.
  • Фото 2. В столовой плетеные кресла XIX века соседствуют с итальянской хрустальной люстрой и картой США 1930-х годов, доставшейся Джеффри от двоюродной бабушки.
  • Фото 3. Чучело павлина, купленное на интернет-аукционе eBay, установлено на пьедестал, сделанный во Франции в XIX веке. Винтажный диван — тоже родом из Франции. Двери обтянуты бархатом.
  • Фото 4. Библиотека при необходимости служит гостевой спальней. Гордость хозяина — секретер из красного дерева в густавианском стиле и винтажные геридоны. Стены обиты хлопком. Узор на паркете выполнен художником Марком Уриу.
  • Фото 5. Вход в кухню обрамляют сделанные на заказ этажерки.

Билхьюбер всегда питал тайную слабость к классическим интерьерам, но в этом проекте впервые заявил о ней открыто: после ремонта в его жилище даже появилась «старомодная» лепнина. Знатоки истории дизайна наверняка заметят в отделке его квартиры откровенные цитаты из интерьеров знаменитостей былых времен. Пол с рисунком, сделанным по трафарету, и оленьи шкуры «позаимствованы» у миллионерши и кутюрье Полин Ротшильд, клетчатый текстиль и плетеная мебель — у светской львицы и дизайнера 50-х годов Мареллы Аньелли. Но Джеффри сумел по-своему обыграть приемы, придуманные задолго до него. «Нет такого дизайнера, который бы не заимствовал что-то у предшественников, — утверждает он. — Воруют все! Вопрос в том, как украсть. Мастерство декоратора проявляется в том, насколько умело он присваивает чужие находки».

Главная спальня в его квартире наглядно подтверждает эту мысль. Искушенному зрителю она напомнит спальню в парижском особняке Ротшильдов — в шестидесятых годах все ее стены и даже дверь в ванную комнату были оклеены китайскими обоями XVIII века с изображением деревьев и птиц. Билхьюбер создал свою вариацию на тему каприза баронессы Ротшильд, когда-то пожелавшей спать в заколдованном саду из восточной сказки. Он оклеил спальню расписанными вручную обоями De Gournay, на которых дымчато-голубые птицы порхают среди призрачных магнолий, а затем поручил художнице Нэнси Лоренц нанести поверх узора изгибающиеся линии из смолы, покрытой сусальным золотом. Результат шокирует и озадачивает. Что это — варварское издевательство над дорогим материалом или превращение его в уникальный арт-объект.

  • Фото 1. На кровати в спальне хозяев — покрывало от Roberta Freymann и подушки в наволочках Pratesi. Лакированный столик эпохи Людовика XV когда-то принадлежал знаменитой женщине-декоратору «Сестре» Пэриш.
  • Фото 2. Фрагмент спальни хозяев. Французский стул XVIII века обит кожей страуса. На стенах — обои от De Gournay. Художница Нэнси Лоренц нанесла на них «каракули» из смолы, покрытой сусальным золотом.
  • Фото 3. Гостевая комната. Висящий на стене LCD-телевизор Sony окружают муляжи оленьих рогов. Дополняют картину старинные раскрашенные литографии с изображениями индейцев. Стены и диван обиты хлопчатобумажной тканью Marianne от Groves Brothers.
  • Фото 4. На секретере разместились зеркало эпохи ар деко, стеклянные вазы ручной работы и ваза-кубок от Oly.
  • Фото 5. Гостевую комнату украшает базальтовый бюст Джорджа Вашингтона. Кресло обтянуто бархатом.

«Без «каракулей» Нэнси эти обои были бы просто красивой бумагой, — говорит Билхьюбер. — Теперь в них появилась энергия, сюжет: какой-то конфликт между традицией и современностью». То же самое можно сказать и о библиотеке, выполняющей функции гостевой спальни. На первый взгляд, этой комнате с муляжами оленьих рогов на стенах и внушительным густавианским секретером была бы «к лицу» отделка деревянными панелями. Но для Джеффри такое решение слишком банально. Он выкрасил потолок блестящей ярко-оранжевой краской, а обитые хлопком стены украсил рядами декоративных гвоздей с медными шляпками. Прочерченные на ткани красным мелом линии, по которым вбивались гвозди, Джеффри стирать не стал.

«Я мог бы избавиться от них за день. Но зачем? Они мне не мешают». Подход для будущего отца абсолютно правильный! При таком настрое пятна варенья и отпечатки пальчиков на мебели и стенах вряд ли станут для Билхьюбера катастрофой. Недавно дизайнер зашел в гости к своим бывшим клиентам — супругам-актерам Питеру Херману и Мариске Харгитэй и их маленькому сыну Августу. В доме все было вверх дном: гостиная забросана обрывками оберточной бумаги, все горизонтальные поверхности в пятнах, пол, усыпанный игрушками, превратился в подобие минного поля, преодолеть которое можно лишь с риском для жизни... «Джеффри, ты готов к тому, что твоя квартира будет выглядеть так же?» — спросила у него хозяйка. «Абсолютно готов, — ответил Билхьюбер с улыбкой. — Да здравствует беспорядок!»