Эксклюзив

Лев Дуров рассказал, какие сокровища хранит в доме

Клад деда пока не найден

Черный пояс по карате мне подарили друзья. Он настоящий, хотя никаких данов у меня нет. Для этого надо было заниматься несколько раз в неделю, а у меня времени не было. Но для съемок я освоил некоторые приемы.

Фотоаппарат мой личный. Купил его себе сам, но фотографией никогда особо не увлекался. А часы – известной фирмы «Буре». До сих пор ходят!

Сундук старинный. У меня есть еще один, американский, так это целая «квартира». Там есть отделения для одежды, документов и еще много чего. Тяжеленный! Не представляю, как бывшие хозяева его таскали.

Куклу, изображающую меня, мне подарили в Магнитогорском театре «Буратино». Обратите внимание: я делаю неприличный жест.

Пишущая машинка «Ундервуд» – тоже подарок. Она действующая, но я на ней никогда не печатал. Я вообще с техникой не в ладах. Внуки пытались приобщить меня к компьютеру, но бесполезно.

Это панно мне подарил Полад Бюльбюль-оглы (артисты вместе снимались в фильме «Не бойся, я с тобой!». – Прим. «Антенны»). На нем изображены азербайджанские музыкальные инструменты.

На портретах мои предки – Дуровы. Среди них – кавалерист-девица Надежда Дурова (она была прототипом главной героини фильма «Гусарская баллада». – Прим. «Антенны»). По линии отца у меня в роду дворяне, а по линии матери – купцы. Один из них бежал от революции, думал, что быстро вернется, и закопал огромный клад. Но не вернулся, сгинул в Китае. Так что где наш фамильный клад, никто не знает. Среди картин и мой портрет в роли Сганареля из спектакля «Дон Жуан».

В моей «барахолке» около сотни вещей. Выделить самую дорогую для меня не могу. Все интересно, любая пропажа расстроит. Однажды меня ограбили. Унесли две шпаги. С одной я играл де Тревиля в фильме «Д’Артаньян и три мушкетера». И еще разбили старинные изразцы на камине, которые мне подарили ребята из Института им. Склифософского, когда ломали свою печку. Вот тут я загрустил…