Уютный шалаш: дизайн необычного дома

С милым рай и в шалаше. Опыт Хейди и Петера Венгер доказывает справедливость этой поговорки. И не только потому, что между супругами-архитекторами царят совет да любовь. Конструкция шалаша тоже имеет значение!

Фото Мэдс Могенсен (Mads Mogensen)

Интерьер загородного дома фото
Интерьер загородного дома фото

В стремлении сбежать от условностей городской жизни Хейди и Петер Венгер достигли больших высот — их загородный дом стоит в  Альпах, возвышающихся над уровнем моря на две тысячи метров. Звенящий горный воздух, скалистые уступы, кое-где поросшие деревьями, а вокруг — ни одной живой души... Можно ли представить себе более удачное место для романтического уединения? Впрочем, в этом союзе двух сердец нашлось место и третьему участнику — современной архитектуре.

Хейди и Петер занимаются разработкой модульных деревянных конструкций и, приступив к строительству собственного жилища, обойтись без экспериментов просто не могли: «Мы хотели, чтобы дом сроднился с природой, переживая вместе с ней смену времен года». Венгеры не первые, кто задумал срастить архитектуру с ландшафтом. Основные пути решения этой задачи известны: биоморфность, обилие окон (чтобы впустить природу в дом), использование экологичных материалов и опора на местные архитектурные традиции. Особенность этого проекта состоит в том, что в нем были задействованы все четыре приема сразу.

Прототипом жилища стали ели, окружавшие выбранный для постройки участок. Их кроны подсказали идеальную форму дома — равнобедренный треугольник. Эта фигура легка и изящна. Но, увы, красота не всегда практична: треугольным конструкциям не хватает жесткости. Они часто используются для разного рода времянок (турпалаток, вигвамов и т. п.), а вот для строительства более основательных жилищ считаются не совсем подходящими. Так что главная задача заключалась в том, чтобы сделать здание, напоминающее хрупкий шалаш, прочным и морозоустойчивым. Для этого в нем было предусмотрено три уровня защиты.

Уровень первый: оторваться от земли

Дом покоится на пяти деревянных «козлах», установленных параллельно друг другу. Они, в свою очередь, опираются на укрепленный в земле каменный цоколь. Эта «возвышенная» конструкция передает динамику скалистой местности, визуально облегчает здание (оно как бы парит в воздухе), делает его более устойчивым и способствует теплоизоляции. Вход в дом приподнят над уровнем земли, поэтому даже после самых сильных снегопадов дверь не приходится откапывать из-под сугробов.

Уровень второй: закон бутерброда

В полном соответствии с архитектурными традициями этой горной области, крыша коттеджа покрыта еловой дранкой. От этого возникает впечатление, что перед нами самый обычный сельский дом, глубоко утонувший в снегу. На самом деле крыша закрывает дом «с головы до ног», отчего изнутри постройка напоминает большой чердак. С той лишь разницей, что здесь не остается «мертвых зон» — благодаря крутым скатам внутреннее пространство используется целиком и полностью. А толстый слой теплоизолирующих сэндвич-панелей, проложенный с внутренней стороны крыши, делает дом пригодным для жизни круглый год.

Уровень третий: поднять паруса

Фасады здания обращены на восток и запад и представляют собой огромные окна с треугольными створками. Дом просматривается насквозь, и живописная долина Роны становится частью интерьера. Беда в том, что стекло плохо удерживает тепло, которого в доме и так немного, — его согревает только печь-буржуйка. Но Венгеры придумали хитрый ход: окна можно закрыть треугольными деревянными ставнями, которые не оставляют пронизывающим зимним ветрам ни малейшего шанса. В хорошую погоду ставни тоже не простаивают без дела — с помощью системы веревок и шкивов* они откидываются на установленные под окнами опоры, превращаясь в террасы. Эту идею Хейди и Петер подсмотрели у моряков — аналогичным образом опускаются и поднимаются паруса на яхтах.

Продолжение следует

Необычный облик коттеджа отразился и на его интерьере. «Традиционная мебель превратила бы дом в мансардную каморку улучшенной планировки», — говорит Петер. Стандартная прямоугольная кухня грозила перегородить помещение поперек, а это Венгеров не устраивало: они отказались от зонирования, чтобы сделать дом более просторным. В итоге Петер сам спроектировал компактную кухню-шар и другие нужные в хозяйстве предметы. Мебели в доме немного, а украшений вообще нет. Это тоже сознательный выбор хозяев: «Когда в дом стучится природа во всем своем великолепии, глупо приукрашивать действительность средствами декора».

Венгеры относятся к своему дому трепетно, как к любимому ребенку. И даже дали ему имя: «Ле Тригон» — «Треугольник». Кстати, эта геометрическая фигура символизирует целеустремленность и высокие идеалы. Так что перед нами тот самый случай, когда форма полностью соответствует содержанию.