Блуждающие сны

У сновидения и быстрого сна различные механизмы

Давид Альфаро Сикейрос, "Сон", 1939
Давид Альфаро Сикейрос, "Сон", 1939

Так утверждает английский ученый Марк Солмс. По его словам, быстрый сон не является ни необходимым, ни достаточным условием возникновения сновидений. Известно много примеров, когда повреждение ствола головного мозга приводило к полной или почти полной потере быстрого сна, но при этом сохранялись сновидения. При повреждении лобных долей головного мозга сновидения исчезают, но сохраняется нормальный быстрый сон.

В двадцатые годы прошлого столетия начались исследования влияния сна на память. В 1960-1970-е годы производилось много экспериментов на животных, которые должны были доказать, что лишение быстрого сна ухудшает способность к обучению и разрушает память. Однако затем интерес к этой теме значительно уменьшился. Во-первых, стало ясно, что во многих случаях решающее влияние оказывало не лишение сна, а стрессовая ситуация. Во-вторых, принятие антидепрессантов уничтожает быстрый сон, однако не обязательно ведет к ухудшению памяти.

Появилась гипотеза, согласно которой главное назначение быстрого сна состоит в том, чтобы периодически стимулировать работу головного мозга. Таким образом на протяжении всего сна поддерживается минимально необходимый уровень активности центральной нервной системы и происходит подготовка мозга к пробуждению.

Если не ставить знак равенства между быстрым сном и сновидениями, можно предположить, что воздействие на умственные способности оказывают не сопровождающие быстрый сон физиологические процессы, а психические процессы, связанные со сновидениями.

Видим сны, чтобы забывать

За целый день беготни, суеты, работы или даже отдыха человек получает массу информации, которой он, вполне возможно, никогда в жизни не воспользуется, но которую он тем не менее заботливо хранит в своей памяти. Мозг не в силах постоянно заниматься сортировкой. Он механически берет много лишнего и рискует уподобиться переполненному бесполезным хламом чулану, в котором нельзя ничего отыскать.

Человек постоянно пользуется сведениями из своей памяти. Так что же, для того, чтобы что-то вспомнить, он должен каждый раз перебирать, просматривать и продумывать все, что успел накопить его мозг? У людей бывают болезненные воспоминания. Каждое прикосновение к ним способно вызвать психическую травму. Однако здоровый человек живет с ними и не испытывает особых неудобств. Люди ничего не забывают. Они лишь ставят на отдельные участки своей памяти метки: сюда не заглядывать.

Ненужная информация, усвоенная днем, может торчать в мозгу как заноза. Она становится причиной возникновения новых вредных связей между отдельным участками коры головного мозга и активирует нервные клетки, что влечет за собой фантазии и навязчивые представления.

В 1983 году нобелевский лауреат биофизик Фрэнсис Крик и математик Грейм Митчисон высказали предположение, что назначение сновидений как раз и состоит в том, чтобы разрушать эти вредные связи, а вместе с ними и обременительные фантазии. Сны помогают забывать то лишнее, что проникло в мозг в течение дня.

Существуют ли сны?

Споры о роли снов в психической жизни длятся много веков и становятся все более ожесточенными. Между тем в 1896 году выдающийся французский логик и специалист в области теории науки Эдмон Гобло в статье "О вспоминании снов" высказал предположение, что эти дискуссии не имеют под собой почвы по той простой причине, что сновидений вообще не существует.

Человеку, когда он просыпается, кажется, что он вспоминает о событиях, которые виделись ему в течение сна. Вроде бы совершенно очевидно: наяву этого не происходило, значит - приснилось. Однако нельзя исключить возможность того, что мнимые сновидения целиком или частично конструируются в краткий промежуток пробуждения и в самом начале бодрствования.

Можно предположить, что во время сна (как быстрого, так и медленного) никаких психических процессов не происходит. Сознание полностью отключено. Но вот оно постепенно просыпается. В него опять входят образы окружающего мира. Их надо заново упорядочить до такой степени, чтобы ими можно было оперировать. То, что мы привыкли называть сновидениями, в действительности является своеобразной утренней психической гимнастикой, происходящим ежедневно приспособлением сознания к реальности.

Эдвард Уолперт из Чикагского университета регистрировал электрический потенциал в мышцах конечностей спящего. Сначала было отмечено возбуждение в правой руке, затем в левой, а после этого в ногах. Оказалось, что последовательность активизации мышц хорошо согласуется со сном. Спящий видел сон: он держал букет цветов сначала в правой руке, потом взял его в левую и куда-то отправился. Противоречат ли подобные эксперименты гипотезе Гобло? Вряд ли. Сон мог зародиться через некоторое время после активизации мышц (которая могла быть случайной) и задним числом "объяснить" причину мышечной активности.

Но что в таком случае означают периодические быстрые движения глаз? Для того чтобы следить за происходящими во сне событиями, глаза не нужны. Их движения можно объяснить физиологическими процессами, изучавшимися А. Хобсоном и Р. Мак-Карли.

Предположение Гобло выглядело чересчур радикальным. А тут еще пробивал себе дорогу психоанализ с его учением о напряженной, никогда не затихающей и проявляющейся в ночных сновидениях психической работе бессознательного. О странной гипотезе надолго забыли. Напомнил о ней в 1981 году Кэлвин Холл, о котором речь шла выше.