Ирина Хакамада о любви и творчестве

«Маша – инопланетное существо»

– Как близкие переживали вашу ломку?

– Ну а кто близкие? Только муж… Сын весь в своей жизни, в своей семье. Здоровый амбал, 33 года. Он только и может сказать: «Ну ты, мать, закисла…» А вот муж Володя мне здорово помогал. Он просто… ничего не делал. За два года до этого сказал: «Ира, все кончилось, ты подыхаешь. Если раньше у тебя был драйв, то сейчас его уже нет. В политике время для таких, как ты, закончилось. Давай, собирай вещички. Я тебя не заставляю. Ты сама должна принять это решение». Когда я его все-таки приняла, он не стал мешать.

– А потом оставил вас один на один с унынием и разочарованием?

– Он помог тем, что дал совет уйти – для меня это было важно. Володя из тех людей, которые по мелочам не переживают. У меня может заболеть сердце, я поеду в больницу, а он никогда не спросит, как я себя чувствую. У него все либо глобально, либо никак. В 2003-м, когда нашей двухлетней дочке Машеньке поставили диагноз «рак крови», Володя сказал: «Иди, пробуйся в президенты. Только так ты сможешь помочь дочке – отдавая ей позитивную энергию, настрой». Он сказал это, разбудив меня среди ночи. Володя размышлял, он влезал в мою шкуру и переживал грандиозно. За это я ему прощаю все на свете.

– Как Маша пережила все это?

– Она очень сильная, просто какое-то инопланетное существо. Когда она заболела, пришлось проходить курс химиотерапии. У нее выпали волосы и брови, глаза стали большие-пребольшие, а лицо бледное. Она была похожа на Будду... Из-за гормонов, которые влияли на аппетит, Маша сильно располнела. Она не знала меры в еде. Однажды за столом я не выдержала и выпалила в сердцах: «Это когда-нибудь кончится или нет?» Маша, не отрываясь от тарелки, сказала: «Мама, не переживай, я буду здоровая. Скоро все кончится». И точно – через четыре месяца ребенок пошел на поправку.

У НАС РАСХОДЫ ОГРОМНЫЕ - РОДИТЕЛИ, ДОЧЬ. ПЛЮС МЫ ЛЮБИМ УДОБНЫЕ МАШИНЫ И ПУТЕШЕСТВОВАТЬ.

«Вещи покупаю на распродажах»

– С уходом из политики вы стали больше времени уделять ребенку?

– Конечно. Ходим с ней на спектакли, концерты. Маша посещает детский театр, занимается пластикой. Еще мы с ней катаемся на коньках, причем делаем это очень смешно. Маша скользит, а Хакамада бегает следом за ней в валенках, потому что не умеет кататься. Нужно учиться, но я как узнала, что одна 45-минутная тренировка стоит 100 долларов, все желание отпало! А я человек экономный. Одежду всегда покупаю на распродажах, выискиваю, где подешевле. Хотя очень люблю дизайнерские вещи, оригинальные, но не дороже 150 долларов.

– Гонораров за мастер-классы хватает на жизнь?

– За месяц получается неплохой заработок, как у ведущего топ-менеджера. Но деньги из семейного бюджета у нас в основном тратит муж. На компьютеры, на отдых… Билеты покупает за моей спиной, чтобы я не знала, сколько они стоят. У нас расходы огромные – родители пожилые, да и Машка много всего требует. Плюс мы любим путешествовать, любим удобные автомобили. «Ауди-А8» – совсем не дешевая машина.

– Книги, лекции – это все же заработок. А есть у вас увлечения «для души»?

– Каллиграфия. Несколько лет назад я взяла в руки кисть и стала писать иероглифы. Сначала училась по книгам, потом нашла преподавателя. С годами во мне все больше просыпается японское. Я сейчас даже больше похожа на японку, чем раньше.

Метки: интервью, Ирина Хакамада

Источник фотографий: Дмитрий Дроздов.