 |
С.Р.: А у работы дети время отнимают?
А.Л.: Работа никогда не должна страдать − это мой жизненный принцип. Забираюсь в самую дальнюю комнату, закрываю все двери и изо всех сил стараюсь не обращать внимания на визги, крики и все прочее. Утренние часы я за компьютером. Иначе и быть не может, у меня контракт, обязанности перед издательством «Эксмо». Когда работаю, младший с няней, а старший в садике. Вечера, конечно, стараюсь проводить с сыновьями. Но на то, что я себе позволяла всю жизнь – регулярные занятия в спортивном клубе и маникюр раз в две недели, дети не повлияли.
С.Р.: Старший уже ходит в детский сад?
А.Л.: Мы живем за городом, и сначала я хотела возить его в садик в Москву. Стала искать хороший, но почему-то все детские сады по какому-то подлому закону расположены поблизости от магистралей. Поэтому в садик Даня ходит за городом. У них там и английский, и физкультура, и много других занятий. Правда, Данилка пока все время норовит вместо учебы сбежать в игровую.
С.Р.: Как относитесь к методикам раннего развития?
А.Л.: Даня – первый ребенок, к тому же не самый ранний. И на нем я опробовала всевозможные перинатальные методики. Еще до рождения включала ему специальную музыку, картины показывала, водила в театр. Говорила: «Даня! Я смотрю «Лебединое озеро», вот послушай «Танец маленьких лебедей». А Даня там, в животе... И, конечно, ему на этих лебедей наплевать… Потом, когда он уже родился, включала ему Чайковского, тоже в соответствии с методикой: мол, еще в животе привык, должен под эту музыку успокаиваться. Ага, сейчас! Только ревел, абсолютно истошно. А успокаивался, только не смейтесь, под песни групп «Рамштайн» и «Кино». Полный бред! Так что второго ребенка пытать методиками я не стала. И вообще практически не обращала на вторую беременность внимания – летала в командировки, работала с лэптопом на пузе, таскала на руках старшего. И что вы думаете? Никитка гораздо спокойнее Дани. И спать сразу начал нормально, и плачет только в случае крайней необходимости. Так что всем теперь советую: лучшая методика – поменьше думать о своей беременности.
И еще я очень рано начала обоим детям читать. Дане мы купили Чуковского, когда ему было две недели. Как все дети, он отвлекался, рвал страницы. Все равно мы ему читали, читали и читали. Нам с мужем долго казалось, что зря стараемся. Но, когда ему уже стало около года, заметили, что сказки ему нравятся и он сам просит ему почитать. Точно так же Никитка растет. Самые приятные моменты − когда я сижу с книжкой, а они − с двух сторон около меня и мы читаем.
С.Р.: Ваш муж много общается с детьми?
А.Л.: Конечно, это же мальчики. Уже возникают вопросы: «Мама, как устроена розетка?» Я не знаю, как она устроена, и знать не хочу. А папа охотно им объясняет технические подробности, сажает их за руль. С папой они строят игрушечные гаражи, города, закладывают фундаменты зданий, очень любят строительную тематику. Обожают залезать в папину мастерскую, спрашивают рубанок, какие-то отвертки…
С.Р.: Если вы на свою жизнь посмотрите как писатель, в чем для вас главная интрига воспитания детей?
А.Л.: В том, чтобы отношения моих сыновей стали такими же теплыми, как у меня и у моего брата. И для меня главная интрига, чтобы и Даня с Никитой, несмотря на свою нынешнюю вражду, поняли, что они самые близкие люди. И чтобы Даня на мой вопрос: «Кого ты больше любишь?» − говорил не «Маму», а «Никиту». Чтобы они пришли друг другу на помощь, даже если будут в разных частях планеты.
|
