Пара
Они не могут жить без любимых, страдают, буквально сходят с ума. В поисках избавления от этих мук некоторые обращаются к специалисту. О том, как развивается любовная зависимость и как от нее освободиться, рассказывает семейный психотерапевт Валентина Москаленко.
Валентина Москаленко – специалист по работе с зависимостями, автор книг «Когда любви слишком много» (Психотерапия, 2006) и «Зависимость: семейная болезнь?» (Пер Сэ, 2006), ведущая психотерапевтических групп и семинаров в Институте психотерапии и клинической психологии.
Светлана пришла на консультацию, чтобы избавиться от своей зависимости. Ей 40 лет, она не пьет, не принимает наркотики, но чувствует себя настоящей наркоманкой: «Я не могу себе и дня представить без Вадима. Стоит ему уехать на выходные на встречу с детьми от первого брака, и я уже плачу, чувствую себя никому не нужной… И постоянно звоню ему. Такой страсти я не пожелаю никому».
Если даже отсутствие любимого трудно вынести, то уж мысль о том, что он может разлюбить, для зависимого человек невыносима, а уход партнера становится катастрофой. Любовь превращается в силу, которой нельзя управлять. «Я хочу, чтоб он любил меня до смерти, — заявляет
Любовная зависимость, как и другие аддикции, заставляет человека стремиться к объекту страсти, забывая при этом о себе. Одержимый любовью человек нередко не в состоянии позаботиться о себе самом: плохо ест, плохо спит, не обращает внимания на свое здоровье. Пренебрегая собой, всю жизненную энергию он тратит на партнера… тем самым заставляя того страдать. Все внимание, все мысли и чувства сосредотачиваются на нем и только на нем, все остальное кажется бессмысленным и скучным.
«Зависимые люди не могут определить границы личности, они захватывают любимого человека, не оставляя ему свободного пространства, — рассказывает Валентина Москаленко. — Когда любовь превращается в полный контроль над партнером, это мешает развитию полноценного сексуального и любовного союза».
Нередко встречается зависимость от партнера, который(ая) с самим влюбленным(ой) обращается плохо. Вопреки сложившемуся мнению, риску стать жертвой такой страсти подвержены все: мужчины и женщины, молодые и зрелые, богатые и бедные.
Другой случай — когда бурные эмоции вообще становятся смыслом существования. Такой человек буквально «падает» в любовь. Этот прыжок нередко вызван потребностью приглушить ощущение бессмысленности жизни. «Все то, что относится к повседневности, становится невыносимым, — считает Валентина Москаленко. — Человек живет только ради этого прыжка». У этих двух ситуаций общий знаменатель — страдание, порождаемое зависимостью.
| Когда тела влечет друг к другу...Если двоих связывает лишь потрясающий секс, всегда ли их отношения им и ограничиваются? Не обязательно, отвечают наши эксперты. Физическая страсть может позволить нам полнее раскрыть себя, а может и стать этапом на пути к полноценной любви. | Три имени наших чувствВсем любящим кажется, что у них все происходит по-особенному, не так, как у других. Но даже в любви есть закономерности. Эрос, сторге и филия — вот три вида любви, в которых каждый из нас может узнать себя. |
| Сценарий наших влеченийПервое впечатление, первый взгляд, первый вздох… Сердце бьется, лицо заливает огнем: любовный «механизм» пришел в действие. А что если наши органы чувств запускают его помимо нашей воли? Четыре (био)химические формулы этого процесса. | «Понимать свои порывы, оставаясь свободными»Яркая, всепоглощающая страсть многим кажется лучшим из того, что можно испытать в жизни. Но она имеет мало общего с любовью к другому человеку – скорее в ней проявляется любовь к самому себе. О том, что приносит страсть в нашу жизнь, размышляют психоаналитики Андрей Россохин и Мишель Шнейдер. |
| Мечты о чем-то большемСтрастная любовь воспламеняет нашу жизнь — и потому мы о ней мечтаем. Ее огонь несет разрушение — и этим она нас пугает. Захваченные силой страсти, мы превосходим пределы своих возможностей — и получаем шанс познать себя, как никогда раньше. Рассказы мужчин и женщин, попавших в ее вихрь… и обретших себя. | История моего бракаНо кто же сказал, что большие чувства должны кончаться лишь крупными неприятностями? Только не Psychologies. Наш коллега Игорь Черский, 40 лет, редактор, отец 4-летнего Миши, подтвердил нашу гипотезу – аргументированно, искренне, в своем стиле. |
