Мы общаемся с ними
Домашние питомцы – одна из любимых тем для беседы в любом коллективе. Мы рассказываем об их привычках, храним их фотографии на «рабочем столе» в компьютере, тревожимся, когда они болеют. Если в прошлом прирученные животные помогали человеку выжить, то сегодня мы воспринимаем их в первую очередь как товарищей и собеседников. Мы любим их, надеясь получить в ответ понимание и участие.
Мы попросили пятерых мужчин и женщин разных возрастов и профессий рассказать о том, как у них складываются отношения с их домашними животными, и были удивлены глубиной и искренностью тех чувств, которые наши герои испытывают к своим питомцам. И вместе с тем открыли для себя уникальность и непохожесть этих отношений. Но не заменяет ли им общение с домашними животными коммуникацию с другими людьми?
Наши герои утверждают, что это не так. «Мы живем в вербальном мире, где каждая фраза требует от нас отклика, – поясняет зоопсихолог Надежда Хрипунова. – Питомцы не понимают смысла фраз, но реагируют на звуки речи, воспринимают наши эмоции через жесты или интонации. И своим поведением – активностью или апатией – точно отражают внутреннее состояние хозяина». Они дают тот род общения, который многие из нас нечасто встречают в мире людей: понимание без слов и сопереживание без оценок. И мы хотим видеть в питомце друга, приписываем ему человеческие мысли и чувства. «Но собака остается собакой, а хомячок – хомячком, – продолжает Надежда Хрипунова. – Домашние животные – любимые, но все же животные. Пусть они и делают нашу жизнь мягче, светлее и радостнее».
Ксения,
«Гвидон – вороной жеребец украинской верховой породы, ему 24 года, как и мне. Он учит меня быть сильной – ведь как иначе я смогу командовать этим огромным энергичным животным? Я редко делюсь с ним секретами и никогда не плачусь ему в гриву. Но это не значит, что мы не общаемся. Я захожу в его денник – и он делает шаг навстречу. Я касаюсь его носа, провожу рукой по холке, так начинается наш диалог. Тебя выводили гулять утром? – Нет, была плохая погода, так что наше с тобой занятие – для меня единственная возможность размяться. Спасибо, что пришла. Но я очень хорошо понимаю: моя лошадь принадлежит к животному миру, со всеми его законами и порядками, – к тому самому миру, из которого