Cтрасть, яркость, шик, блеск. Сдержанность, серьезность, строгость. Первое – на экране, второе – вне его. Встреча с Пенелопой Круc, женщиной, которая отрицает свою «демоверсию».

В ее мадридском доме – ничего лишнего. Ни лишней мебели, ни лишних красок. Белые стены, белый пол, черный ковер. Черно-белый портрет молодой Одри Хепберн в полстены. Кошка Раймунда, подобранная котенком на улице во время съемок «Возвращения» (отсюда и имя, как у героини фильма), – здесь самый яркий объект: в ней есть рыжинка.
Ничего лишнего и в самой хозяйке. Ни лишнего грамма веса, ни лишней косметики, ни лишнего жеста. Ни лишней краски в одежде – белая рубашка, черные джинсы… И ни лишнего слова. Она серьезна и вполне открыта. Открыта к сотрудничеству: это интервью – она дала понять – наше общее дело. И мы сейчас его делаем. Я задаю вопросы. Она взвешенно и лаконично отвечает. Я чувствую себя чуть ли не следователем – наш разговор похож на допрос: свидетельница дает мне конкретную информацию, сообщает данные, которые могут стать ее алиби и позволят ей не перейти в категорию подозреваемых. В категорию «темных»… Потому что Пенелопа Крус, прекрасная и строгая, живет в черно-белом мире. Мире, где есть лишь светлое и темное, свои и чужие, допустимое и невозможное, правильное и стыдное. Работа и все остальное. То есть подлинно важное и вовсе несущественное. Я пытаюсь нащупать, нет ли середины, нет ли чего-то между полюсами… Может быть, там и обитает другая Пенелопа Круc, не черно-белая. Не полярная.
Пенелопа Крус: Не вижу разницы. Разница лишь в том, ты подчинен работе или твоя жизнь подчинена работе.
От психологической зависимости. Зависишь ты как личность от работы или лишь твоя жизнь задается ею.
Увы, да. В том-то и дело. Не моя жизнь подчинена работе, а я – я сама. Думается, поэтому я была просто обречена сделать заметную карьеру – когда ты пуст для всего остального, неизбежно заполняешь себя профессией.
Shtrih
Комментарий удален автором