Что она, конечно, самая красивая. Но не для всех. И никогда не будет самой-самой для всех-всех. В этом мудрость жизни.
Когда мы встретились на вечеринке после какого-то спектакля, я подумала, что этого человека знаю, наверное, всю жизнь. Он очень трезвый и очень земной. У него нет причуд и необоснованных амбиций. Мы делаем одно дело – один театр. Воспитали общего ребенка. Мы просто вместе. И я не знаю, как объяснить это «просто». У нас общая территория жизни, и никто из нас не заходит на принадлежащую другому, потому что все общее. Да, я известнее, чем он, но он знает, что его работа так же важна, как моя. У меня есть уверенность, что я абсолютно все знаю о нем, хотя в жизни не задала ни одного вопроса. А он – все обо мне, хотя тоже не спрашивает. Может, это и значит «найти свою вторую половину»…
«В МОЕЙ ЖИЗНИ ВСЕ ПРОИЗОШЛО ПОЗДНО, НО ВОВРЕМЯ. ВСЕ, ЧТО КАЗАЛОСЬ МОЕЙ НЕУДАЧЕЙ ИЛИ НЕДОСТАТКОМ, ОБЕРНУЛОСЬ ПРЕИМУЩЕСТВОМ».
Да вы, наверное, уже заметили, что в моей жизни все главное произошло, по общим меркам, довольно поздно. Достигла известности лишь в 30. Вышла замуж в 35. Мамой стала в 40. Все произошло поздно, но вовремя. Все, что казалось моим недостатком или неудачей, обернулось преимуществом. Из-за роста меня не выбирали обычные режиссеры, зато выбрали Ридли Скотт и Джеймс Кэмерон – художники не того масштаба, чтобы думать о сантиметрах. К возрасту я отношусь как к дару. На пороге своего 30-летия я ликовала: преимущества «двадцатых» сильно преувеличены, теперь я это знаю, после 30 меня будут воспринимать серьезнее и я сама буду серьезнее. В 40 я родила Шарлотту и ликовала, потому что вступаю в новую эру жизни в новом качестве – мамы, полноценной женщины. В 50 я радовалась, потому что это прекрасный возраст, чтобы оценить все преимущества взрослости, того, что ты состоялся профессионально. А теперь мне нравятся 60: я уже многое знаю о жизни, примерно представляю, как с ней справляться, и даже обрела некоторую мудрость… Она в том, что это весело, во всяком случае, не скучно – жить среди людей. Да и потом, кто знает, как выглядит счастье!
Ха, это был первый случай в истории, чтобы некто стал лузером в глазах оскаровской светской публики дважды! На меня смотрели с таким сожалением! Ей-богу, было бы лучше, если б сказали в глаза: «Вы, Сигурни, неудачница, вам стоит заплакать». Я бы хоть знала, как реагировать. Потому что не могла же я сказать всем в микрофон: «Люди, не жалейте меня, я совершенно тот же человек, что и до этой церемонии!» Ничего не изменилось, у меня нет комплекса вечного победителя, который не переживет проигрыша. Да совсем наоборот – неудачи обостряют вкус к жизни. Питающийся сладостями рискует вкусовыми рецепторами… Кстати, почему вы не взяли ватрушку? В них тут есть неподражаемая кислинка!
![]() |
![]() |