Самопознание
У каждого возраста есть... свои возрасты, объясняет философ Михаил Эпштейн. Иначе говоря, «старость» каждого этапа нашей жизни неминуемо сменяется «детством» следующего – и вновь наступает обновление.
Михаил Эпштейн – профессор университета Эмори (США), автор многочисленных статей, эссе, интернет-проектов и книг, в том числе «Знак пробела. О будущем гуманитарных наук» (НЛО, 2004).
Нашу жизнь мы привыкли делить на возрасты: детство, отрочество, молодость, зрелость, старость. Но саму категорию возраста можно понимать шире. Каждый возраст – не только период нашей жизни; на самом деле это целый цикл, вмещающий все фазы развития человека. Всякий раз, вступая в очередной возраст, мы последовательно переживаем внутри него и детскую неуверенность, и удивление миру, и отроческую ломкость, беспокойство... и постепенное старение, изживание этого возраста. Устройство времени нашей жизни можно представить в виде периодической таблицы (см. ниже).
Читая ее по горизонтали и переходя со строки на строку, мы движемся через все возрасты и их фазы: от детства детства (от 0 до 1 года) к старости старости (после 80 лет). Числа в клетках таблицы условны – важна сама модель двойного возрастного деления жизни. Внутри каждого возраста есть отроческие периоды, когда мы переживаем резкую ломку мироощущения, кризис доверия и уверенности, отчуждение от окружающих, чувство утраты смысла жизни. Первое отрочество случается уже в детстве: для «кризиса трех лет» характерны тенденция к самостоятельности и обостренно негативное, «ослушническое» отношение к взрослым. В 35–40 лет у многих наступает кризис среднего возраста: чаще случаются разводы, экзистенциальные и семейные драмы, у кого-то возникает ощущение исчерпанной жизни и нового отчуждения от мира.
Как в зрелости есть место отрочеству, так и в отрочестве бывает время гармоничного расцвета, то есть зрелости. И старость тоже повторяется в нашей жизни не раз: когда мы прощаемся с детством (9–10), с отрочеством (16), с молодостью (28–30), со зрелостью (55–60), а затем готовимся и к прощанию с самой жизнью (кому как повезет, но для современных западных обществ можно с толикой щедрости указать этот период как «после 80 лет»).
У каждой фазы наших возрастов есть особое мироощущение. Молодого человека под тридцать одолевает чувство «конца молодости», изношенности своего возраста, необходимости переступить черту и усвоить привычки следующего возраста. Это чувство роднит его с десятилетним ребенком, который вырастает из своего детства, с 16-летним подростком на пороге молодости и с тем, кому под 60 и кто уже чувствует приближение старости.
| Возрасты/фазы | Детство | Отрочество | Молодость | Зрелость | Старость |
| Детство | до 1 года | 2–3 | 4–5 | 6–8 | 9–10 |
| Отрочество | 11–12 | 13 | 14 | 15 | 16 |
| Молодость | 17–18 | 19–20 | 21–24 | 25–27 | 28–29 |
| Зрелость | 30–34 | 35–40 | 41–44 | 45–55 | 55–60 |
| Старость | 60–64 | 65–70 | 71–75 | 76–80 | После 80 |
| Путь к себеНепросто принять свой (уже почти любой) возраст в наше время, которое, кажется, ценит лишь то, что cвязано с молодостью. И все же это возможно. | «Старение может быть плодотворным опытом»Если не отрицать свой возраст и не отказывать себе в житейских радостях, он может стать поводом для того, чтобы пересмотреть отношения с собой, сделать их более спокойными и свободными, объясняет 75-летний психоаналитик Даниэль Кинодо. |
| 5 идей для тела и душиСегодня уже ясно: биологическое старение клеток больше не означает, что мы перед ним беспомощны. Возраст – это способ бытия и становления, а не только процесс увядания. | Прогноз благоприятныйМы можем узнать, что нас ждет через 10, 20 или 30 лет, объясняет психолог Дмитрий Леонтьев. Результаты многолетних исследований подтверждают: жить полной жизнью до самого ее последнего дня – вполне в наших силах. |
| «Я забираю крик обратно»В моей записной книжке еще 66-го года, ноября: «Я не хочу быть стариком!!!», «Я не хочу быть стариком!!!», «Я не хочу быть стариком!!!» – три восклика… Сегодня июль 2003-го. И что с того, что не хотел? |
