Сексуальность
Это действительно очень важный момент, который во многом определяет дальнейшую судьбу пары. Но решаем мы в это утро лишь одно: позвоним ли мы этому человеку снова или нет. Однако это не определяет того, как именно сложатся наши отношения в дальнейшем. Сегодня все чаще возникновение новых отношений воспринимается как угроза личной независимости, поэтому случаи, когда люди, едва встретившись, мгновенно понимают, что «это судьба», принадлежат к разряду очень редких. Если первое утро оказалось для нас неприятным, означает ли это, что новым отношениям вынесен неутешительный приговор? Восхитительное первое утро – случай скорее исключительный. Как правило, мы охвачены беспокойством, в голове теснятся тревожные мысли, мы боимся не понравиться нашему партнеру, опасаемся его оценок и даже разоблачений. Нередко у нас возникает желание просто сбежать. Однако бывает и так, что история, начало которой нас совсем не вдохновляло (партнер проявил себя как эгоист, оказался вяловатым в постели или слегка неряшливым), несмотря ни на что перерождается в любовь. Один из примеров – история девушки, которая оказалась в постели с новым знакомым только ради интрижки, чтобы было о чем потом поболтать с подружкой. Однако этот «компенсирующий прием» перерос в настоящую любовную историю, и они уже три года живут вместе. Любовь не определяется целиком некоей судьбоносной встречей; она создается настоящим и направлена в будущее. Каждый день приносит нам новые открытия и сюрпризы. Маленькая любовь сегодня может стать большой любовью завтра. С другой стороны, если уже в первое утро вы чувствуете, что в воздухе повисло раздражение, для вас это должно стать сигналом к немедленному отступлению! Если дать захватить этому чувству все пространство, преодолеть его будет невозможно.
«Далеко не у всех первое утро бывает радостным», – пишет в своей книге «Первое утро» Жан-Клод Кауфман и в подтверждение своих слов приводит цитату из новеллы Стефана Цвейга «Двадцать четыре часа из жизни женщины» (Росмэн, 2001).
«Я никогда не узнаю, долго ли я так пролежала в оцепенении, – должно быть, так лежат мертвецы в гробу; знаю только, что я закрыла глаза и взывала к Богу, к небесным силам, молила, чтобы это оказалось неправдой, вымыслом. Но мои обостренные чувства уже не допускали обмана, я слышала в соседней комнате людские голоса и плеск воды, в коридоре шаркали шаги, и эти звуки говорили, что все это правда, жестокая, неумолимая правда.
Трудно сказать, сколько времени продолжалось это мучительное состояние: такие мгновения обладают иной длительностью, чем спокойные отрезки времени. Но внезапно меня охватил другого рода страх, пронизывающий, леденящий страх: а вдруг этот человек, имени которого я не знала, проснется и заговорит со мной! И я тотчас поняла, что мне остается лишь одно: одеться и бежать, пока он не проснулся, больше никогда не попадаться ему на глаза, не говорить с ним, спастись бегством, пока не поздно. Скорее прочь отсюда, в свою жизненную колею, в свой отель и с первым поездом прочь из этого проклятого места, из этой страны! Больше никогда не встречаться с ним, не смотреть ему в глаза, не иметь свидетеля, обвинителя и соучастника!»
Жан-Клод Кауфман «Первое утро. Как рождается история любви» У-Фактория, 2005.
Социологическое исследование сфокусировано на важнейшем моменте в отношениях пары – утре после первой ночи любви – и основано на искренних и точных свидетельствах опрошенных людей. Книга дает ключ к пониманию связанных с этим разных ситуаций и поступков, заостряя внимание на целях и намерениях, стоящих за ними.
