Мечты о чем-то большем

Cтрастная любовь воспламеняет нашу жизнь – и потому мы о ней мечтаем. Ее огонь несет разрушение – и этим она нас пугает. Захваченные силой страсти, мы превосходим пределы своих возможностей – и получаем шанс познать себя, как никогда раньше. Рассказы мужчин и женщин, попавших в ее вихрь… и обретших себя.

Нелепо, смешно, безрассудно, безумно, волшебно… О такой любви, всепоглощающей и пылкой, сливающей двоих в единое целое, мы мечтаем в юности и продолжаем мечтать потом, порой не признаваясь себе в этом. Страсть, способная в одно мгновение перевернуть всю жизнь, заставить расстаться с прошлым, осчастливить, захватить, ослепить, – ради такого чувства мы были бы готовы на многие жертвы. Точнее, те из нас, кто его… не переживал. Испытавшие разрушительную страсть чаще вспоминают о том, как им приходилось восстанавливать свою опустошенную душу, собирать себя по частицам, заново строить разрушенные отношения с друзьями, близкими, детьми, освобождаясь от наваждения. Слишком сильная любовь смешивает свет и сумрак: чувства соединившихся в смерти Ромео и Джульетты – и тяжелая страсть к Настасье Филипповне, мучившая Парфена Рогожина; любовь Владимира Высоцкого и Марины Влади, ради которой поэт и актриса преодолевали расстояния, политические дрязги и самих себя, – и страсть, которая в Вильнюсе четыре года назад рукой французского рок-певца Бертрана Канта убила его любимую, актрису Мари Трентиньян. Чем же так влечет нас любовная страсть, почему мы стремимся испытать эти безумные чувства с риском легко раствориться в них и пропасть?

Заполнить пустоту

«В моменты, когда мы мечтаем о страстной любви, нами движет желание оторваться от повседневной жизни, в которой так мало эмоций, – говорит психотерапевт Александр Орлов. – И мы начинаем пред-вкушать страсть, воображая, сколько хорошего она принесет в нашу жизнь, а негативные мысли отбрасываем».Тяга к страстным чувствам может быть вызвана и недостатком в детстве родительской любви, и завистью к друзьям, у которых в жизни нечто волшебное уже случилось. «Иногда так проявляется и наша потребность самоутвердиться, – считает немецкий психоаналитик Петер Куттер (Peter Kutter). – В этом случае человек любит не другого, а себя – подобно Нарциссу, воспылавшему страстью к своему отражению». Уже известно, что часть причин возникновения наших страстей лежит в области биохимии нашего организма. (Подробнее – на с. 112.) Но, в отличие от животных, сексуальная активность которых регулируется непосредственно гормонами, мы принимаем решения, пользуясь разумом и логикой. «Безусловно, «любовная химия» влияет на регуляцию полового поведения человека, но индивидуальный опыт имеет не меньшее значение, – поясняет психофизиолог Александр Черноризов. – Врожденные и приобретенные факторы действуют совместно на сознательном и бессознательном уровнях, и однозначно определить, когда и какой из них берет верх над другим, невозможно». «Наше сексуальное поведение нельзя рассматривать по формуле «стимул–реакция», в отрыве от смысла, который эти действия имеют для конкретного человека», – добавляет сексолог Игорь Кон. У нас есть выбор (даже если он не всегда очевиден): поддаться страсти, разрешить ей овладеть собой или же задуматься о цене собственного порыва.

Яна, 19 лет, студентка

«Он остался мечтой, а я научилась жить реальностью»

«Мы познакомились в Крыму. Классический курортный роман, продолжения отношений мы оба не хотели. Я случайно встретила его в Москве, увидела издалека – и вдруг поняла, что люблю его безумно: перед глазами оранжевые круги, в голове молоточки, дыхание сбивается…» Но он не хотел ничего серьезного. Яна плакала ночами, а днем строчила эсэмэски – по 50 в день. Новый год они встретили вместе. «Мы три дня не вылезали из постели. Это было потрясающе… но продолжения не было». Он не подпускал к себе и не давал себя забыть – писал и звонил, отказываясь встречаться. «Я бредила им, мечтала о нем, плакала и унижалась. Я знала, что стою большего, что нужно уйти, что это не тот человек, который мне нужен. Но меня страшно, невероятно тянуло к нему…» Весной она собрала всю свою силу в кулак и ушла. «Я поняла, что болела им, потому что он всегда был недосягаем, страсть сжигала меня отчасти потому, что я не могла получить целиком то, чего хотела... Я стала сильнее, не даю воли своим слабостям. Отрицательные эмоции – мой наркотик, я четко это осознаю. Теперь учусь быть счастливой».