Кто у кого живет

Для чегомы вместе?

Жить одному в определенном смысле удобнее – в привычном уюте, (бес)порядке или чистоте. «Вместе мы начинаем жить, потому что хотим быть ближе, – напоминает психолог Люси Микаэлян. – Период «притирки» друг к другу неизбежен, и если вы чувствуете раздражение, старайтесь не повышать голос, не используйте оценочную лексику, проявляйте деликатность. Влюбленные стремятся друг друга беречь, понимать, что стоит за поступком, взглядом, словом другого. Все это так же важно, когда мы обретаем общий дом. Важно желание понять и принять другого человека (даже если он неряха, а вы чистюля), ведь смысл не в порядке вещей, а в том, что вы вместе»

«Когда в доме появляется чужой (и одновременно очень близкий) человек, важно знать, что в первые недели совместной «притирки» некоторым бывает необходимо сохранять какие-то свои «домашние» привычки, – продолжает Марина Бороденко. – Если партнер не застилает кровать, оставляет повсюду свои бумаги, слушает громкую музыку или не моет (сразу после еды) посуду, он ощущает себя в безопасности, чувствуя, что его готовы принять со всеми особенностями и пристрастиями». Любая попытка надавить, исправить, заставить отказаться от того, что привычно и любимо («Это ты у себя дома мог(ла) так себя вести, а здесь мой дом, и будь добр(а)…!»), кажется насилием, непроизвольно вызывает протест и агрессию.

Сундук с приданым

Нередко причиной конфликтов служат вещи, связанные с прошлым партнеров. «Давай выкинем этот кошмарный коврик твоей бабушки» или «У меня аллергия на пыль, а ты приволок полтонны старых журналов» – иногда партнеры цепляются к вещам, которые бережно хранит их избранник. И он обижается. «Старый комод» – это образ семейной истории, он напоминает о родительской семье, о жизни и отношениях, которые были раньше, – объясняет Люси Микаэлян. – И когда партнер предлагает: «Выброси комод», возникает чувство, что для него не имеет ценности жизнь, которую ты вел до вашей встречи».

Но почему некоторые бывают так нетерпимы к вещам друг друга? «Ощущение дискомфорта, раздражение и запреты могут вызывать ревность к прошлому партнера, к тем, кто был значим для него раньше, – поясняет семейный психотерапевт Александр Черников. – Отвергая его родословную, мы защищаем свое внутреннее пространство, и тем настойчивей, чем сильнее боим-ся стать уязвимыми». Вопрос (не)принятия вещей другого говорит о том, стала или не стала родословная моего возлюбленного частью моей.

Переход от состояния «у себя дома» к состоянию «у нас» проходит легче, если прошлое мужчины и женщины не бросается в глаза. Вещи могут находиться в общем пространстве и не подавлять его, если они утратили значительную долю своей личной принадлежности. Идеальным решением будет такое, когда под одной крышей у каждого есть свое место, где он может хранить то, что принадлежит только ему.

От родителей мы наследуем не только комод или ковер, но и представления о том, как должно распределяться пространство между членами семьи, привычку к своему личному месту в общей квартире или, наоборот, желание жить в тесноте, да не в обиде. «Супруги, как правило, воспитаны в семьях с разными правилами, разным отношением к устройству жизни вдвоем, – продолжает Александр Черников. – И получается, например, что жена стремится обособиться в отдельной комнате, а когда муж негодует в ответ, она думает, что тот не уважает ее независимость. А дело в том, что в доме жены у каждого была своя комната (для нее это естественно), а в семье родителей мужа уединенность воспринималась как непозволительная роскошь». Очевидно, что непонимание в этой паре связано не с неприятием партнеров и не с тем, что они поторопились с решением жить вместе, а с различными семейными традициями, проявившимися в очень разном отношении к их общему дому.