Чтоб вам пусто было

Старые вещи наступают. Они занимают вашу квартиру — полку за полкой, комнату за комнатой. Они угрожают не только вашему жизненному пространству, но и вашему здоровью. И это не шутка.

Недавно мы с подругой Лелей навещали ее приболевшую бабушку, слава о которой давно вышла за пределы семьи благодаря фантастическим пирогам домашней выпечки. Разумеется, вместе с лекарствами, невзирая на горячие протесты больной, мы принесли и всякие вкусности. Однако когда мы распахнули холодильник и шкафы на кухне, то поняли: старушка не лукавила. Запасов еды с лихвой хватило бы на гуманитарную помощь маленькому африканскому государству. Да, нашей хлебосольной тете Поле лишь дом, забитый маслом, мукой и банками с разноцветными маринадами, давал ощущение жизненной стабильности. Однако стоит вспомнить гардеробную моей подруги, и станет ясно: она — достойная внучка своей бабушки. Вот уж где в шкафы не протиснется и моль! Между тем многие вещи так и висят годами, забытые, с неотрезанными ценниками — как почетные трофеи бравого шопоголика.

Осматривая открывшийся мне стратегический запас еды, я подумала, что, прежде чем иронизировать над чужими слабостями, лучше бы вспомнить о собственной ванной комнате, которая скоро, наверное, обрушится под грузом банок и тюбиков. Причем половиной средств я пользоваться либо забываю, либо ленюсь. В общем, получается, что стремление заполонить все вокруг себя кучей совершенно ненужных вещей роднит людей разных поколений, темпераментов, жизненных пристрастий и привычек.

Перефразируя британцев, можно сказать: чтобы больше узнать о человеке, совсем не обязательно «отпирать» его символический шкаф со скелетом, достаточно просто пройтись по его жилищу.

Давайте простимся легко

Однажды моя подруга Вера попросила меня помочь ей с переездом. Мы хорошо подготовились — насобирали несметное количество коробок, хотя в глубине души были уверены, что не задействуем и половины из них. Однако, когда дело дошло до сборов, Вера неожиданно принялась отстаивать каждую вещь, словно тигрица, защищающая свое потомство. Мы упаковали и попонку ее пуделя Фредди, которая ему уже давно безнадежно мала, и старые кастрюли, потому что только в них выходит какое-то особенное жаркое. Целую коробку заняли билетики из картинных галерей, проспекты любимых пансионов, карты автомаршрутов экзотических островов. Разумеется, не поднялась рука расстаться ни с чем, что когда-то покупал ей муж, связала мама, слепил сын...

«Ну кому плохо от того, что моя по­друга увезла с собой столько вроде бы ненужного, но лично ей дорогого?» — спросила я психолога Михаила Засловского. «Прежде всего плохо ей самой, и дело здесь совсем не в необходимости все запаковывать и распаковывать, — сразу же отрезвляет меня специалист. — Ведь дом, перегруженный прошлым, начинает буквально атаковать наше настоящее и даже покушаться на будущее. Разумеется, мы в этом никогда себе не признаемся — подобное происходит на бессознательном уровне. В плену ненужных вещей нам сложнее сконцентрироваться на текущем моменте. Мы любим говорить: захламленное пространство мешает свободно дышать. И это справедливо и в прямом, и в переносном смысле. Если мы бесконечно созерцаем вещи из нашего прошлого, то очень часто в нем «застреваем».

«Вспомните законы градостроительства, — объясняет психолог Елена Голубова. — И представьте, что было бы, если бы мы никогда не разрушали созданные здания. Однако человечество выработало такое понятие, как памятники старины, — и их охраняет. Остальные постройки с годами или веками неизбежно уступают место новым. В той же степени это должно касаться и нашего дома. В конце концов, вы не можете хранить все рисунки своего ребенка — он растет и создает новые. Выберите пару-тройку самых дорогих, иллюстрирующих периоды взросления. И старайтесь по такому же принципу (только самое дорогое или самое нужное) отбирать и все прочие реликвии».