Есть ли у вас харизма?

Законы сцены

Похоже, в механизме действия харизмы немало общего с законами спектакля. Ведь весь театральный организм настроен на реакцию публики. Драматург пишет пьесу, прислушиваясь к настроению будущих зрителей. Режиссер из множества предложенных текстов выбирает тот, который, по его мнению, найдет самый живой отклик в обществе. Актер, суммируя усилия постановщиков, становится проводником их замысла, заражая зал своими эмоциями, и чуткой антенной, которая, в свою очередь, настроена на «прием» эмоционального отклика зрителей.

«Говоря о харизматичном человеке в широком смысле, мы подразумеваем того, кто занимается публичной деятельностью, – объясняет ректор Высшего театрального училища (института) им. М. С. Щепкина, профессор РАТИ Борис Любимов. – Конечно, он может быть красивым и иметь мощные бицепсы, но может иметь и обычную внешность и тихий голос – не это главное. Есть несколько составляющих, которые определяют силу актерского дара. Прежде всего – восприимчивость, способность «ухватить» то, что дает текст автора, мысль режиссера. Согласимся: то же можно отнести и к политическому вождю – он должен чувствовать ситуацию. Во-вторых, выразительность: надо суметь выразить свои ощущения, знать, где сказать громко, где – тихо, где показать свою слабость, которая тоже может оказаться силой. В-третьих, чрезвычайно важно иметь чувство партнерства, ведь на сцене актеру необходим диалог».

Максим Покровский, певец:

«Это вызывает очень противоречивые чувства»

«Среди людей в одних всегда чего-то больше, а в других – меньше. По-моему, у кого «этого» больше, того и называют харизматичным. «Это» можно определить как умение влиять на других людей, увлечь, заинтересовать собственной персоной. Мне часто говорят, что я харизматик. С одной стороны, я к этому привык… хотя и не воспринимаю как должное. При этом внутренне я не могу понять, как, собственно, может быть иначе. Кто как не я – харизматик?! С другой стороны, я не понимаю, что во мне особенного. Нет, умом я понимаю, кого и почему считают харизматичным, а внутренне прочувствовать, свыкнуться с этим не могу…»

Учиться? Учиться!

Так можно ли взрастить в себе харизму? «Нет, – считает Екатерина Дубовская, – да по большому счету это нам и не нужно:

у тех, кто хочет править миром, как правило, ничего не получается. Харизма – это свойство нашего образа, которое сегодня, в одних условиях и с одними людьми, может быть эффективно, а завтра, в другой ситуации, – уже нет. Универсальной харизмы не существует. Нам стоит скорее учиться осознанному планомерному управлению своим поведением, учиться слушать свою интуицию и взаимодействовать с другими людьми. И помнить, к чему и зачем мы стремимся. Только тогда мы достигнем тех целей, которые себе поставим». «Думаю, есть врожденная предрасположенность к харизматичности, – уточняет доктор Рональд Риджио (Ronald Riggio), профессор психологии колледжа Маккена (США), – а значит, многие ее элементы стоит развивать. Например, коммуникабельность. Многие политики и публичные люди обладают уровнем общительности выше среднего, потому что развивают ее, работают над собой».

«Помнить, к чему мы стремимся, слышать других и свою интуицию».

На что еще стоит обратить внимание? «Во-первых, на нашу эмоциональную восприимчивость, – продолжает Рональд Риджио. – Речь о способности читать эмоциональные сообщения, передаваемые другими людьми, и умении соединяться с ними на эмоциональном уровне. Общаясь с людьми, харизматичный человек словно говорит им: «Я чувствую вашу боль», и понимание этого воодушевляет их. Стоит позаботиться и о своей эмоциональной выразительности – умении точно передавать эмоции с помощью выражения лица или тона голоса. И наконец, важно уметь управлять своими эмоциями».

Согласимся: в такой постановке вопроса нет ничего мистического или неисполнимого. И если, работая над своими качествами, все мы не станем харизматичными личностями, общаться друг с другом нам наверняка будет намного легче и приятнее.

Об этом

Акоп Назаретян, «Психология стихийного массового поведения», Per se, 2001.

Макс Вебер, «Харизматическое господство», Социс, № 5, 1988.

Малкольм Гладуэлл, «Переломный момент», Вильямс, 2006.