Почему мы снова становимся маленькими

Подростковая агрессивность, детская нежность или капризы – в общении с родителями в нас неизменно оживают забытые эмоции ранних лет жизни. Умение принять это возвращение в детство – признак зрелости, считает гештальт-психолог Елена Калитеевская.

В который раз я себе обещаю, что возьму себя в руки, – и в который раз срываюсь: поездка к моей матери всегда заканчивается скандалом!» – сетует 34-летняя Кристина. Она руководит департаментом урегулирования претензий в страховой компании, и в самых сложных рабочих ситуациях ей удается сохранять самообладание. Но стоит ей переступить порог материнского дома, как она «на глазах уменьшается», словно Алиса в Стране чудес. В этот момент ей начинает казаться, что мама своими бесцеремонными вопросами и непрошеными советами вмешивается в ее личную жизнь, и Кристина теряет все свои «взрослые» способности к конструктивному разговору. «Мало кому из нас удается избежать таких ситуаций, – говорит Елена Калитеевская. – Время поворачивается вспять и отбрасывает нас туда, где мы еще маленькие, а они – уже большие». В общении с родителями просыпаются наши детские чувства и желания, удовлетворить которые мы (даже став взрослыми) так и не смогли. Осознав это, мы можем многое понять о самих себе.

ПЕРЕЖИТЬ ОЩУЩЕНИЯ ДЕТСТВА

Родители – нередко единственные свидетели нашего детства, те, кто помнит нас маленькими детьми. Встречаясь с мамой и отцом, мы можем вновь почувствовать в себе ребенка, которым когда-то были, и вновь пережить ощущения детства.29-летняя Людмила совершает такие путешествия во времени с удовольствием. «Когда настроение падает, я звоню родителям и говорю, что мне надо «отсидеться в гнезде», – признается она. – Два выходных дня я хожу по дому в пижаме, смотрю телевизор, а мама хлопочет, готовит мне разные вкусности... Уезжаю от них как новенькая. Один приятель мне как-то сказал: «Родители же не вечны, как ты будешь без них?» Я похолодела: мне хочется верить, что они будут у меня всегда».Но не всегда такая регрессия* означает погружение в сладостную идиллию. «Я не знаю, как описать то болезненное ощущение, которое меня охватывает, когда я провожу у них больше двух-трех дней, – рассказывает 42-летняя Лариса. – Я теряю ориентиры: муж, работа, друзья – все словно расплывается. Я мечусь между желанием остаться собой и ностальгией по детству. И почему-то все время чувствую перед ними вину».Рядом с родителями мы становимся детьми и по-детски горячо переживаем их упреки («Что ж ты так давно не появлялся!»). Боимся огорчить и по-детски скрываем от них стоимость обновки, свои болезни и проблемы на работе. По-детски теряемся, не можем настоять на своем и под давлением родителей берем на себя ненужные нам обязательства. «Многим из нас трудно признаться себе в том, какие чувства на самом деле мы испытываем по отношению к собственным родителям: нежность, ярость, обиду, вину, гнев», – говорит Елена Калитеевская. Мы пытаемся избегать конфликтов или вступаем в грубую конфронтацию – и все потому, что не смогли стать равноправными взрослыми людьми, которые могут заботиться о другом, не подавляя его, и позволять ему заботиться о себе.

«Мы не осмелились их разочаровать»

«Два года назад мы с сестрой решили бросить курить, – рассказывает 37-летняя Анна. – И заявили об этом в присутствии родителей. Решимость наша продержалась недолго, но мама и папа так нами гордились, что мы не решились их разочаровать. В результате каждый раз, когда мы к ним приезжаем, вместе или порознь, мы курим тайком! Когда ты, прячась, берешь сигарету, то чувствуешь себя ужасно виноватой. Но, когда нас двое, это превращается в детскую игру: мы перемигиваемся, когда хотим улизнуть покурить на чердак, хихикаем, придумываем повод, чтобы пойти прогуляться – например, с собакой. Как девчонки! Мы сами себя убеждаем, что родители ничего не замечают, но кто знает...»

* Один из защитных механизмов нашей психики: в тревожной или конфликтной ситуации мы бессознательно возвращаемся к более ранним, более примитивным детским формам поведения.