Эксклюзив

Катя Гордон: «Иллюзий по поводу Жорина у меня больше нет»

Думали, что ребенок сплотит нашу семью

«А потом мы встретились. Сергей попросил прощения за грубое обращение. Я тоже попросила прощения: все-таки нанесла ущерб его имиджу. Наверное, со стороны это выглядит глупо, но мы тогда друг друга очень любили. Во всяком случае, я так думала. А для меня любовь – это чувство, которому можно подчинить все.

Просто я изначально росла в такой атмосфере... Мой дед, капитан первого ранга, писал трогательные письма бабушке, когда в плавании был. А она ему в ответ. Там были стихи, чувства, я по этим письмам училась понимать, что такое любовь. Насколько это высокие отношения…

Мы помирились с мужем. И я решила, что раз это любовь, то буду стараться ради Сергея, быть идеальной женой. Встала на каблуки, пошла в салон красоты. Научилась готовить и не оставлять пятен в его шикарной квартире. Ему нужна жена, которая встречает с работы и не напрягает, – отлично. Я приняла Сергея таким, какой он есть.

При этом нам обоим хотелось ребенка. Мы думали, что это сплотит нас. Но когда забеременела, претензий не стало меньше. Я стала бояться приглашать подруг домой: вдруг где-то пятно оставят. Зачем давать повод мужу скандалить? Постоянно чувствовала себя жертвой, многие женщины меня поймут. Нет, конечно, были и счастливые моменты. Просто когда общий тон отношений – постоянные упреки, от хороших моментов кайфа не получаешь».

Подала на развод, когда муж выгнал из дома

«Я испытывала иллюзию, что беременность станет самым счастливым моментом в жизни. Что меня будут носить на руках и кормить клубникой. Сергей все это и обещал. Но ничего не изменилось. Претензии остались в том же объеме, меня все так же тыкали носом в пятно, как котенка. У меня токсикоз, ночами не сплю. И я стала совершенно невыносимой. Под этим предлогом время от времени муж меня выгонял из дома. А я очень боялась сознаться в этом родителям, поэтому ночевала у подруг. Сергей приезжал, извинялся, и у нас всегда был божественный момент примирения. А потом все происходило снова.

Я подала на развод первый раз, когда муж выгнал меня из дома на девятом месяце беременности. Под предлогом того, что надо готовиться к суду с Меладзе, а я его раздражаю. Сумки научилась собирать быстро. К тому же Сергей в момент изгнания мог разбить мой компьютер, на который я зарабатывала сама, или еще что-то. Поэтому самые дорогие вещи я хранила в багажнике машины. Идти мне было некуда, три часа ночи. Позвонила доктору и умоляла пустить меня пожить в больнице на сохранении. Спасибо врачам, пошли навстречу. Даже психолога ко мне прикрепили. И тот сказал, что, когда я плачу, ребенок получает мало кислорода. То есть я из-за своих бабских страданий рискую жизнью этого маленького существа. До сих пор себя чувствую жутко виноватой».