Мария Куликова: «Есть мужчины, которым прощаешь многое»

Детскую обиду важно проговорить

— Мне кажется, все, что нам не нравится в наших детях, их капризы, когда, например, они швыряют игрушки, — это следствие нашего поведения. Значит, мы где-то накосячили: недосмотрели, не объяснили, поверхностно ответили. Я четко поняла, что у детей ничего не бывает на пустом месте. Значит, где-то сохранилась обида. И если докопаться, сесть и обсудить, все станет ясно. Ребенок объяснит, почему повел себя так. И вина действительно окажется на тебе. Потому что ты, например, отмахнулся, а он полчаса ходил, переживал, а потом все это вылились в такой эмоциональный ряд. Причем чем меньше ребенок, тем проще докапываться. Это же чистый лист, у него очень живые эмоции, он еще не умеет их контролировать, и в этом вся прелесть. Поэтому мы и говорим, какие они милые, непосредственные. Но они не только непосредственно смеются, они и плачут, и кричат, и злятся тоже непосредственно. Недавно был случай: Ваня очень сильно обидел папу (актер Денис Матросов. — Прим. «Антенны»). Причем, как нам показалось, ни с того ни с сего. Что-то такое сказал, топнул ножкой. Папа пришел ко мне и говорит: «Представляешь, Ваня так некрасиво себя повел». Я взяла сына за руку, отвела в комнату и долго пытала, что же произошло. И в итоге выяснилось, что обиделся Ваня на меня, но сорвался на папу. Я сказала: «Слушай, дружочек, ты прав, я действительно виновата, очень некрасиво получилось. Извини меня, пожалуйста. Но и ты пойди извинись перед папой, потому что папа-то вообще ни при чем. Это наш с тобой был конфликт». И он с радостью рванул к папе, потому что ему самому было очень неловко, что он его обидел.

Как у многих мальчишек, его любимый герой — Молния Маккуин, гоночная машина из мультика «Тачки». У нас все пижамы с ним, это уже такой стандартный вариант. Из книг ему нравится серия «Петсон и Финдус» шведского писателя Свена Нурдквиста. Это история про старика и котенка, о том, как они дружат. Почему-то ему нравятся эти герои — одинокий старый дед и этот кот. Не знаю, чем это все его так прикололо. Просит покупать все новые и новые книги, у нас уже вся серия есть, и мы перечитываем их бесконечно. Причем у них достаточно суровый слог, никаких «сюсю-мусю». Но почему-то ему нравится эта суровая северная литература. Мне даже многие говорят, что какая-то она уж больно холодная, не совсем детская, что ли. Я, когда читаю, какие-то вещи опускаю, смягчаю, потому что там есть совсем такие «страшилочки». И слог сложный. Но это мне как раз нравится, видимо, такие книги заставляют детские мозги работать. Не просто «двадцать два притопа, они пришли, сели, поели, вот и сказочке конец, а кто слушал — молодец». Там все сложно, он задает кучу вопросов, потому что не понимает, что это за слова такие. И таким образом, мне кажется, развитие идет более быстрыми темпами.