Неполная семья - вердикт?

После развода маму с ребенком часто с оттенком сожаления называют неполной семьей. Но расхожее клише не должно помешать вам быть семьей столь же счастливой, как и те союзы, в которых наличествуют оба родителя, уверена Сабина Сафарова.

Мой папа — капитан. Очень дальнего плавания…

Ситуации, когда папа разводится не только с мамой, но и с собственным ребенком, не желая по разным причинам участвовать в его жизни, увы, не канули в Лету. Маме в таких случаях все сочувствуют, напоминая: «Лучше без отца, чем с отцом-предателем». И ей ничего не остается, как согласиться. А если «бывший» вдруг вновь появляется, желая увидеть своего отпрыска, ему гордо указывают на дверь. Конечно, маму можно понять. Но чем старше становится ребенок, тем больше его начинает беспокоить непонятное отсутствие отца. И с этим необходимо что-то делать.

Однажды на занятиях в детской группе, в которую я водила свою племянницу, я познакомилась с мамой пятилетнего мальчика — назовем ее М. Я обратила внимание, как тяжело он воспринимает присутствие рядом с некоторыми детьми их отцов. Мальчик менялся на глазах, отбирал у таких детей игрушки и затевал драки. Как-то после занятий М. рассказала мне, что все эти годы ребенок рос и воспитывался без папы. Никаких контактов не было — отец не проявлял ни малейшей инициативы. М., по ее словам, старалась никогда не допускать негативных высказываний в адрес «растворившегося» папы. «Но, похоже, ситуация только накаляется, — призналась она. — Недавно на отдыхе я услышала, как ребенок рассказывал другим детям, что «наш папа — дурак и он нас бросил».

Когда я готовила этот материал, то вспомнила историю М. и ее сына. Кроме того, остро встал «вопрос отца» у другой моей знакомой. Ее девятилетняя дочка прежде довольствовалась иллюзией, что папа ее любит, но важные дела не отпускают с ней повидаться. Но вдруг она стала настаивать, чтобы ей выдали номер его телефона. Моя знакомая, боясь ранить дочь, пыталась действовать прежним, отвлекающим маневром. Однако в семье постепенно назревал конфликт.

Как же быть маме в ситуациях, когда прошлое сгорело дотла и отношения ребенка с отцом невозможны? Я обратилась к психологу и психотерапевту Татьяне Мизиновой, чтобы она прокомментировала эти две истории и высказала бы свою, профессиональную точку зрения на проблему постразводных треугольников: мама-папа-ребенок.

«Ключевой момент обеих историй — это все же возраст детей, — объясняет моя собеседница. — То, что нельзя говорить пятилетнему мальчику, совершенно необходимо открыть девочке в девять лет. В разном возрасте детям нужна разная «порция правды». Для пятилетнего малыша вполне подошел бы нейтральный ответ: папа вынужден был уехать. Но в данном случае у него уже создан негативный образ. И вполне понятно, что мальчик злится на тех, кто обладает «хорошими» папами. В этом возрасте сильна потребность в идентификации с объектами своего пола. И если нет дедушки, который мог бы уделять мальчику достаточно внимания, было бы хорошо записать ребенка в спортивную секцию. Там, с одной стороны, он мог бы отыгрывать агрессивные импульсы, с другой — нашел бы «отцовскую фигуру» в лице тренера».

«С девятилетней девочкой ситуация другая, — говорит Татьяна. — Это именно тот возраст, когда стоит рассказать правду, максимально щадяще, разумеется. Ребенок должен понимать: отец есть, но он не хочет общения. Продолжать поддерживать прежнюю «дет-скую» версию — значит подорвать доверие к матери. Если же мама в растерянности, то, перед тем как начать такой разговор, лучше посоветоваться с психологом и выработать линию поведения с учетом личных семейных обстоятельств».