Эксклюзив

Первая любовь Киркорова: «Меня выбрала его мама»

30 апреля исполняется 47 лет Филиппу Киркорову. «Антенна» разыскала студенческую любовь Филиппа, актрису Наталью Шитикову. Вот что она рассказала.

С Филиппом мы познакомились на вступительных экзаменах в Гнесинское училище. На прослушивание я приехала с мамой. Неподалеку стояла высокая статная брюнетка. Копна волос, уложенная в пышную высокую прическу, огромные глаза. Эталон красоты того времени! И держалась она по-королевски. Этой роскошной женщиной была мама Филиппа Виктория Марковна.

Наши мамы познакомились, разговорились. Виктория Марковна стала спрашивать меня: «Что читаешь на экзамене? Что поешь?» Филипп в это время носился туда-сюда. Мать схватила его за руку и сказала, глядя в мою сторону: «Держись этой девочки». Филипп сразу выдал: «Зубы покажи». А у меня щербинка как у Пугачевой. Улыбнулась. Киркоров ахнул: «Ты талантлива. Как Алла».

Абитуриентов было много, и в аудиторию запускали сразу по пять человек. Мы с Филиппом оказались в одной пятерке. Когда дошло до танца, выяснилось, что оба подготовили «цыганочку»! Приемная комиссия дала задание станцевать в паре. Мы на ходу разучили что-то похожее на рок-н-ролл. За пять минут договорились. Филипп командовал: «Ты сюда, я туда. Я тебя дернул, крутанул…» Вышли танцевать, а в конце так закрутились, что упали на паркет! Приемная комиссия хохотала, но выступление им понравилось. Нас приняли!

Обменялись телефонами, я оставила номер своей тетки, у которой жила в Москве. Вскоре Филипп позвонил, пригласил на прогулку. Я ведь не москвичка, и он показывал мне город. Однажды говорит: «Давай я приглашу тебя в «Иллюзион?» Это необычный кинотеатр. Там показывали старые фильмы, которые больше нигде не шли. Попасть в «Иллюзион» было невозможно, билеты покупались только абонементами.

До учебного года еще оставалось время, и мы разъехались. В следующий раз встретились уже в Гнесинке перед занятиями. Сели рядышком, открыли дипломаты. И тут Филипп начинает горстями что-то перекладывать из своего кейса в мой! Это были разноцветные пластмассовые клипсы, красивые ручки, но главное – крошечные дезодоранты! Тогда их никто в Союзе еще в глаза не видел. Это было настоящее сокровища!

Филипп каждое лето проводил в Болгарии. В годы, когда даже рубашка в клеточку была для парней пределом мечтаний, он носил цветные футболки, джинсы и вожделенные джинсовые курточки. С виду не наш человек! Как раз появилась мода на «варенки», они у Филиппа тоже были. Мальчишки облизывались, глядя на все эти наряды. Но надо отдать Филиппу должное – он дарил однокашникам цветные рубашки, футболки. Не жадничал.

Во время учебы было много парных заданий: мини-постановки, отрывки. И мы с Филиппом сразу выбирали друг друга. Не сговариваясь. Думаю, еще на вступительных экзаменах, на том пресловутом танце, нас сблизил «внутренний чертик». Что мы вытворяли!

На занятиях по актерскому мастерству давали задание: понаблюдать за походкой, реакциями людей. Мы спускались в метро и делали этюды. Притворялись, что не знаем друг друга. Филипп подходил ко мне: «Девушка, давайте познакомимся». Я фыркала: «Не хочу». Он: «Ну пожалуйста, девушка!» Я начинала кричать: «Отстаньте, не хочу с вами знакомиться!» И так до тех пор, пока весь вагон не был полностью задействован в скандале. Бабульки вступались за бедного парня. Или такую сценку разыгрывали. Я шла по платформе, подбегал Филипп и хватал за сумку. Я тяну в одну сторону, он в другую. Крики: «Это мое!» «Нет, это мое!» Когда на шум приходил милиционер, мы быстренько сматывались.

Впрочем, подыгрывали друг другу не только ради искусства. У Филиппа был черный кожаный дипломат с кодовым замком. Писк моды и верх роскоши! Мальчишки на курсе решили подшутить: сменили в кейсе код. И забыли! Филипп целый день пытался открыть дипломат, ковырялся в замке и в итоге сломал его. Что теперь делать? «Продавать!» – решил Филипп.

Мы пошли на барахолку к метро «Баррикадная». Но как сделать, чтобы покупатель не успел рассмотреть сломанный замочек? Придумали. На барахолку пришли порознь. Филипп достал дипломат, народ сразу налетел на дефицитную вещь. Я изображала покупательницу, отвлекала внимание, громко торговалась и кричала «Беру!» Филипп просил 25 рублей – большие деньги, тогда стипендия была 30. В итоге продал с большим наваром. И мы сразу рванули на Арбат в кафе.

Каждый день после занятий мы вместе куда-то срывались: то в кино, то в театр, то в метро, то гулять. Всегда вдвоем. Когда по улице шли, Филипп за талию меня обнимал, за плечи. Однокурсники думали, что мы пара. По сути мы ею и были. Однако все было по-юношески невинно: целовались, но только в щечку.