Так нечестно: я познакомила мужа с коллегой, и он ушел к ней

Уход мужа к другой способен выбить из колеи даже самую сильную женщину. Особенно если выбор супруга пал на твою коллегу, от которой ты не ожидала ничего подобного.

…Когда Вероника после маникюра вернулась в офис за оставленным в кабинете мобильным, вахтер дядя Вася беззлобно пробубнил: «Как вас только мужья терпят, таких занятых! До ночи на работе сидят, а если и уйдут вовремя, так все равно норовят вернуться».

«Телефон забыла, а без него никуда», – объяснила причину своего внезапного возвращения Вероника.

«Ну да, ты же начальница, всегда должна быть на связи, – дядя Вася в силу возраста всех сотрудников компании, от младших менеджеров до руководства, называл исключительно на ты. — Ключи от офиса мне не сдавали, там еще одна трудяга все никак от компьютера не отлипнет».

«Ого! — удивилась Вероника. — Кто же эта труженица?»

«Да почем я знаю, как ее зовут! — ворчливо сказал дядя Вася. — Тощая такая да бледная. Впрочем, с таким образом жизни все вы тут на одно лицо. Будь я помоложе, ни на одной бы не женился: курите, кофе пьете ведрами, юбок не носите, все штаны да штаны, а в голове – одна работа».

«На всякий случай, дядя Вася, я не курю. И никогда не курила!» – крикнула Вероника уже с лестницы, быстро поднимаясь на второй этаж в свой офис.

Фото:
Getty Images

В офисе было темно, лишь в дальнем углу мелькал свет от монитора компьютера. Из-за него подняла голову экономист Светлана. «Добрый вечер, Вероника Андреевна!» – она первой поприветствовала неожиданно появившуюся начальницу.

«А ты что тут делаешь так поздно? — спросила Вероника. — Не успеваешь все сделать в течение рабочего дня?»

«Успеваю, – смущенно сказала Света. — Просто у меня дома до завтра интернет выключили, вот я тут и припозднилась».

«Извини за нескромность, но неужели без интернета тебе дома делать нечего? — изумилась Вероника. — Куча вариантов досуга существует и в офлайне. Тем более завтра выходной, и можно вечером не париться, что завтра рано вставать».

«Мне все равно, во сколько вставать, – чувствовалось, что Светлане этот разговор был не слишком приятен. — Я привыкла ложиться рано, потому что вечером все равно делать нечего. Перед сном в соцсетях посижу – и на боковую».

«А личная жизнь? Ты же ведь совсем юная еще!» – вопрос прозвучал на автомате, и Вероника сама поразилась своей бестактности.

«Это я выгляжу юной, потому что худая, – улыбнулась Светлана. — Мне уже 35. Но и в 20 за мной очередь из женихов не стояла. По крайней мере до сих пор замуж никто не предлагал».

Фото:
Getty Images

Вероника, пожалуй, впервые внимательно посмотрела на свою сотрудницу. Неглупая, немногословная, достаточно профессиональная – что она еще о ней знала? Да, собственно, больше ничего. На корпоративных мероприятиях Светлана особо не выделялась и явно не любила привлекать к себе внимание. Хотя, если присмотреться, она довольно симпатичная: худенькая, поджарая, с хорошей стрижкой и ухоженной кожей. Гардеробчик, конечно, так себе, сплошные джинсы и монохромные кофточки, но это как раз вопрос решаемый. «Если ее к хорошему стилисту отвести и уверенности в себе добавить, вполне себе эффектная барышня будет, – подумала Вероника и сказала: – Поздно уже. Может, тебя до метро подвезти?»

«Да я тут живу практически в шаговой доступности, несколько остановок трамваем. Пешком минут 20−25, не больше, – смутилась Светлана. — Торговый центр „Гранд“ знаете? Сразу за ним мой дом».

«О, так мы с тобой соседки! — радостно удивилась Вероника. — Я в двух кварталах от этого торгового центра живу. Выключай компьютер, подвезу. Пешком прогуливаться одной уже поздновато».

В машине, чтобы избежать неловкой тишины, Светлана спросила: «А ваш муж не волнуется, что вы так поздно возвращаетесь?»

«Ну это же не каждый день бывает! — улыбнулась Вероника. — Кроме того, муж к моим отлучкам уже привык, я же без конца в командировках. Вот и после выходных опять на неделю уезжаю. Хорошо еще, детей нет, а то вообще не знаю, как справлялась бы с таким объемом работы и своим ненормированным рабочим графиком».

Фото:
iStock/Getty Images

«Детей нет – это хорошо?» – вырвалось у Светланы.

«Ну я не так выразилась, – уточнила Вероника. — Мы просто их еще не планируем. В принципе муж уже не раз намекал, что хотел бы маленького, но мне пока не до этого: второе высшее получала, потом в бизнес-академии училась, а совмещать все это с беременностью и рождением ребенка очень непросто. Зачем усложнять себе жизнь, если все можно делать последовательно? Тем более мне, как и тебе, всего 35, и детородный период далек от завершения. В Европе считается нормальным, когда женщина рожает первого в 40 лет, а у нас уже после 25 тебя автоматически записывают в разряд старородящих. Муж, правда, ворчит, что его будут не за отца, а за дедушку собственного ребенка принимать, он ведь старше меня на пять лет. Но вынашивать и рожать-то мне, а не ему, так что его возраст в этом вопросе не слишком важен».

В машине снова повисла тишина. «А знаешь, давай заедем ко мне? Мы с мужем недавно из отпуска восточные сладости привезли – пальчики оближешь! — вдруг осенило Веронику. — Сегодня конец рабочей недели, чем не повод немного побаловать себя вкусняшками? Иногда просто необходимо отступать от диеты для здоровья психики».

«Ой, нет, поздно уже, – попыталась отказаться Светлана. — Да и муж что скажет по поводу появления незнакомого человека?»

«Ничего не скажет, – Вероника была непреклонна. — У нас часто бывают поздние гости: мы с мужем оба совы, а не жаворонки. Не тушуйся, мой Николай – мужчина коммуникабельный и гостеприимный». Идея хоть немного развлечь одинокую сотрудницу ее очень воодушевила, и она искренне радовалась пришедшей ей в голову неожиданной мысли.

«Что так поздно, Ника? — спросил муж, принимая от Вероники плащ. — Я несколько раз звонил, но ты не отозвалась».

«Представляешь, после работы пошла на маникюр и педикюр – и только там спохватилась, что телефон на работе забыла. Пришлось возвращаться. А там Света заработалась не на шутку, вот я и пригласила ее достойно завершить рабочую неделю, – щебетала Вероника, подавая Светлане пушистые тапочки. — Коля, завари, пожалуйста, свежий чай, а я пока лукум и пахлаву достану».

Посиделки, казалось, доставляли удовольствие только Веронике. Попивая ароматный чай, она много смеялась и говорила больше всех. Николай молчал, ограничиваясь односложными репликами, а Светлана, едва притронувшись к заморским сладостям, не могла дождаться, когда удобно будет откланяться. Наконец она не выдержала: «Спасибо вам большое за вечер, но мне уже пора, я сейчас вызову такси. Николай, очень приятно было познакомиться».

«Какое такси! Тут два шага до твоего дома, Николай тебя проводит, – запротестовала Вероника. — Я бы тоже присоединилась, да ноги гудят – целый день на каблуках».

«Может, все-таки такси? Я тоже немного устал», – возразил было Николай, но Вероника замахала руками: «Коля, ну ты что! Чего диспетчеров смешить, ехать-то 300 метров. Прогуляйся перед сном – крепче спать будешь».

Фото:
iStock/Getty Images

…Когда муж вернулся, Вероника дремала, свернувшись калачиком на диване. Николай убрал со стола посуду и уложил жену в кровать. «Я в душ», – пыталась протестовать полусонная Вероника, но, едва коснувшись головой подушки, провалилась в глубокий сон.

«Ты не сердишься на меня за вчерашнее? — за завтраком Вероника чувствовала себя не лучшим образом. — Просто мне очень хотелось развлечь свою сотрудницу. Представляешь, вечер пятницы, а она на работе сидит, потому что никто ее не ждет! Это же ненормально, ни одной женщине работа естественного желания быть женщиной не заменит».

«Мне кажется, тебе работа многие радости жизни заменяет, и в последнее время все чаще, – сказал Николай, помешивая кофе в турке. — И вместо того, чтобы побыть вечер со мной, ты приходишь с незнакомой женщиной да еще потом отправляешь меня в провожатые. Это, по-твоему, нормально?»

«Не сердись, – примирительно сказала Вероника. — Я понимаю, тебе не нравится, что мы так мало времени проводим вдвоем. Но ведь именно моя зарплата составляет основу семейного бюджета, потому я вынуждена много работать. Не в обиду тебе сказано, но на твое инженерное жалованье по заграницам не накатаешься. Отсюда и необходимость в дополнительном образовании, и командировки. Я должна развиваться, чтобы быть уверенной в нашем завтрашнем дне».

«Даже если бы мы жили на одно мое инженерное жалованье, мы бы с голоду не умерли, – помолчав, ответил Николай. — И на заграницу бы хватило, если, конечно, ездить туда не раз в полгода, как ты любишь».

«Коля, да ты что! — всплеснула руками Вероника. — Я ребенка не могу себе позволить, пока не обеспечу ему гарантированное будущее. Если я пойду в декрет и мы сядем на одну твою зарплату втроем, не то что на заграницу – на хлеб не хватит! Ты знаешь, сколько стоят коляска, кроватка, памперсы, смеси? А музыкальная школа, а занятия языком? О чем ты, милый! Как можно меня упрекать в том, что я стремлюсь развиваться, чтобы нормально обеспечивать семью? Что ты можешь предложить мне в качестве альтернативы? Надеюсь, у тебя хватит ума не скатываться до поговорки про рай в шалаше. Такой рай довольно быстро превращается в ад, уверяю тебя».

Фото:
iStock/Getty Images

«Как ты живешь с таким ничтожеством, как я?» – задумчиво сказал Николай, глядя перед собой.

«Ой, не драматизируй! Я не считаю тебя ничтожеством, и я тебя люблю, – парировала Вероника. — Но если у меня дела складываются более успешно, чем у тебя, то не надо резать мне крылья. Ты умный мужик и должен стремиться к росту, а не опускать меня до своего уровня».

«Ты сама слышишь, что говоришь? — спросил муж. — Я так понимаю, что ты снизошла до меня и надеешься, как Пигмалион, вылепить из меня некую Галатею. Я правильно тебя понял?»

«Ничего я из тебя не леплю, – устало сказала Вероника. — Ты завелся на пустом месте и слышишь в моих словах не совсем то, что я имею в виду. Я всего лишь хочу, чтобы мы принимали друг друга такими, какие мы есть, и были счастливы. И вообще, когда у тебя плохое настроение, ты превращаешься в зануду. Давай закончим, пожалуй, этот никчемный разговор. Я пошла в спортзал. Когда вернусь, давай сходим в кино или в парк погулять. Надеюсь, к этому времени ты остынешь».

…Прошло полгода. Жизнь Вероники по-прежнему напоминала круговорот семинаров, конференций и бизнес-планов. Правда, Николай после того разговора стал более замкнутым и практически перестал проявлять инициативу в вопросе совместного времяпровождения. Иногда это Веронику задевало, но поскольку одно событие быстро сменяло другое, надолго зацикливаться на этом ей было некогда. Да и чего лишнее надумывать: жизнь как жизнь, у всех так – то полоса белая, то серая. Главное – чтобы здоровье не подводило, а все остальные проблемы решаемые.

На звонок Николая она ответила не сразу: была скайп-конференция с учредителем, и она сбросила вызов. А когда перезвонила, поразилась необычному мужниному тону. «Нам надо поговорить сегодня вечером», – сказал он, и его голос ее насторожил. «Что-то серьезное?» – встревоженно спросила она. «Да», – сказал он и положил трубку.

«Странный какой-то сегодня день, – думала Вероника по пути домой. — Светлана вдруг решила уволиться, и мне теперь накануне годового отчета нового экономиста искать. И у Николая, судя по всему, какие-то проблемы. Надо будет на выходной вместе с ним в пансионат какой-нибудь съездить, обстановку сменить».

Едва переступив порог квартиры, Вероника почувствовала неладное. Николай сидел в гостиной, одетый не по-домашнему, словно собирался куда-то уходить. «Я ухожу», – словно прочитав ее мысли, сказал муж.

«Куда?» – недоуменно спросила она, только тут увидев в углу комнаты чемодан и дорожную сумку.

«К другой женщине», – голос Николая был спокоен и тверд.

«К какой? Я ее знаю?» – услышанное ее просто оглушило.

«Знаешь, – усмехнулся он. — Более того, ты сама ее со мной познакомила. Я ухожу к Светлане».

«К моему экономисту?» – она не поверила своим ушам.

«Уже не к твоему, – сказал он. — Насколько я знаю, она сегодня написала заявление об увольнении. Через две недели она выходит на работу к нам в отдел. Но ненадолго: ей через пару месяцев в декрет».

Фото:
Getty Images

Вероника беспомощно опустилась на диван. В голове шумело, мысли путались. К подобной новости она абсолютно не была готова. Единственное, что смогла выдавить: «Но почему?»

«Потому что так в конечном итоге будет лучше нам всем, – тихо сказал муж. — Я устал до тебя расти, а ты однажды устанешь лепить из меня свой идеал мужчины. Я никогда не достигну твоих высот и никогда не сравняюсь с тобой в доходах. Это не комплексы – это здравый взгляд в будущее. Ты одна из самых умных, красивых и харизматичных женщин в этом городе, и одиночество тебе точно не грозит. И как только ты будешь свободна, вокруг тебя возникнет рой воздыхателей. Среди них, надеюсь, обязательно будет тот, кто окажется ровней тебе по интеллекту и интересам.

А мне нужна обыкновенная семья с обычными человеческими радостями. Скоро у меня будет ребенок – ты же знаешь, как давно я об этом мечтал? Наверное, в тот вечер, когда ты привела в дом Светлану, тобой двигала сама судьба. Ты же хотела избавить ее от одиночества – и избавила. Ты всегда достигаешь того, чего хочешь, порой неожиданно для себя. А еще ты избавила себя от мужа, который на твоем фоне выглядит полным ничтожеством. Я не сумел обеспечить тебе того уровня жизни, к которому ты стремилась, – ты всего достигла сама. Я восхищаюсь тобой, но понимаю, что у нас разные цели, а значит, и разные пути. Не сердись на меня и на Свету, ей очень неловко, что все получилось именно так. Но то, что произошло, на пользу каждому из нас. Документы на развод – на столе. Разведут нас быстро: детей общих нет, как и имущественных претензий. Я забрал только свою одежду и ноутбук. Прощай, Ника! И будь счастлива!»

…Она сидела на диване и не понимала, сколько прошло времени. Перед ее глазами стояло бледное лицо коллеги-разлучницы с плотно сжатыми губами, которая всем видом словно говорила: «Он мой!» «Так нечестно», – пыталась сказать она, глядя в это чужое лицо, но слова застряли в горле, мешая пролиться таким необходимым сейчас слезам.

Материалы по теме

Комментарии

18
  • Топ
  • Все комментарии
  • Гость13:33 20.10.17
    Идею предложить мужу проводит чужую женщину может позволить себе только очень уверенная в себе женщина. Здесь степень уверенности перевалила разумный предел, за что жена и поплатилась