Татьяна Гердт: «Я приревновала, когда он не поцеловал актрису»

21 сентября народному артисту СССР Зиновию Гердту исполнилось бы 100 лет. Современный зритель знает его в основном как киноактера. Он сыграл почти в 80 фильмах, в основном, правда, в эпизодах. А зритель постарше наверняка помнит его конферансье Эдуарда Апломбова в спектакле театра «Необыкновенный концерт» Театра кукол Сергея Образцова, где актер прослужил около 40 лет. Накануне столетия Зиновия Ефимовича «Антенна» побеседовала с его вдовой Татьяной Александровной Гердт (Правдиной).

Зяма всегда со мной

— В один из последних дней, когда Зяме (близкие так называли Гердта. — Прим. «Антенны») было уже совсем плохо, он сказал мне: «Девочка, как же тебе без меня будет тяжело!» Но он даже представить не мог, насколько окажется прав.

Когда 20 лет назад его не стало, жить не хотелось. Год никому не звонила, не подходила к телефону. Меня спрашивают: а когда вы вспоминаете Зиновия Ефимовича? А я отвечаю: «Я не вспоминаю его, он всегда со мной». Вот на мне его часы, а на кладбище я хожу лишь потому, что Зяма ни одной мне принадлежит и для многих людей кладбище что-то значит. А мне важнее те вещи, к которым он прикасался. Вот написала книгу «Разговоры со своими», скоро она выйдет в свет. Думаю, а как бы Зямка отнесся к ней, одобрил бы или нет. И поняла, что живу ради дочери Кати, чтобы она подальше не становилась сиротой. А еще потому, что Зяма не хотел, чтобы я следом за ним пошла. Два года назад я три раза сильно травмировалась, одна травма была несовместима с жизнью. Моя задача была дожить до 21 сентября, чтобы столетие прошло при мне, без попсы, под моим контролем.

В переводчики – по росту

Если бы не моя профессия, то я вряд ли встретилась с Гердтом. После окончания Института востоковедения работала в издательстве на переводах марксизма-ленинизма. Перевела трехтомник Маркса и Энгельса на арабский, у меня есть и уникальный документ – грамота за лучшую книгу 1979 года за 10-томник Ленина тоже на арабском языке. Это ужас, особенно его аграрная программа.

Я обожала Театр Образцова, потом еще видела Гердта на концерте в Колонном зале для выпускников школ. Но если бы мне кто-нибудь тогда сказал, что именно этот человек станет моим самым близким, я бы безумно хохотала.

Был 58-й год. В издательстве организовали автомобильные курсы, а я очень хотела научиться водить машину. Мне нужна была медсправка, и я поехала в единственную поликлинику в Москве, выдававшую такие документы. Там очередь человек 200, а у меня дома грудная дочка Катя. Стою и думаю: через полтора часа ее кормить. Пошла в начало очереди, посмотреть, есть ли кто из знакомых, чтобы втиснуться поближе. Нет, никого. Вижу – артист Гердт стоит. И тут какой-то мужчина: «Среди нас одна женщина – неужели мы не пропустим ее». Я быстро получила справку, а через много лет рассказала об этом случае Зяме. «Какая же ты дура была, подошла бы ко мне, на два года больше бы прожили вместе!» – услышала в ответ.

А в 60-м позвонил Борис Левинсон, главный администратор Театра Образцова, сказал, что труппа собирается на гастроли в Египет. И спросил: «Вы какого роста?» «162 см», – ответила я. «Вы видели Образцова? Вы выше его?» – не унимался он. «Не думаю», – сказала я. «Вам придется переводить выступление Сергея Владимировича, мужчин он не признает, но женщина не должна быть выше его ростом», – произнес он и пригласил в театр. Я приехала познакомиться, и Образцов одобрил меня. Сказали, что основная работа будет с Зямой. И первый вопрос, который мне задал 44-летний Гердт: «Дети есть?» Я: «Да, дочка, два года». «Подходит», – небрежно бросил он. Я ведь все-таки из интеллигентной семьи, думаю: какая развязность. Так что первое отношение к нему у меня было негативным. А сам Гердт говорил, что сразу, как увидел меня, услышал внутренний голос: «Эта женщина станет моей женой!» Хотя у него на тот момент была красавица-супруга.

Любовь на века: музы русских писателей
Подробнее

Началась работа над переводом. Текст спектакля «Волшебная лампа Алладина» был, а к «Необыкновенному концерту» – ни строчки. Поэтому, когда Гердт был свободен, я приходила к нему домой (он строил кооперативную квартиру и жил с женой Катей в съемной комнате). Зяма наговаривал мне текст, я переводила, а Зяма русскими буквами записывал. После чего учились правильно произносить арабские слова. После работы жена поила чаем, а за мной на машине приезжал муж.

В первый раз я вышла замуж довольно поздно по тому времени – в 22 года, отчаянно влюбилась. С мужем прорыдала девять лет, он был патологически ревнив. А я повода не давала. В какой-то момент (Кате двух лет еще не было) он меня так обидел, что я вдруг поняла: любовь кончилась. И сказала ему, что женой тебе больше не буду, хотя мы все еще жили вместе и он надеялся, что все рассосется. Поэтому, когда я поехала на гастроли в Египет, то ощущала себя полностью свободной как в молодости.

В самолете до Каира Зяма сел в кресло рядом со мной и непрерывно разговаривал.

Погубили меня не огурцы, а стихи…

Прилетев в Каир, выяснилась ужасная вещь. Оказалось, что мы с Зямой подготовили его реплики в «Необыкновенном концерте» на литературном арабском, на котором в Каире никто не говорит. Нам дали араба, и мы начали переучивать этот текст на местном диалекте. Гердт ухаживал наотмашь, не обращая ни на кого внимания. Я жила в номере с актрисой Викой Смирновой. И от нее Зяма узнал, что я очень люблю огурцы. Так он начал приносить их мне постоянно. Но погубили меня не огурцы, а то, как он читал стихи. В Египте он начал и не прекращал читать их мне на протяжении 36 лет нашей жизни. Поверьте, Зяма делал это лучше всех на свете. Слава Богу, остались диски, где он читает Пастернака и Самойлова.

Поскольку я арабистка, то у меня было много знакомых в Каире. Все они приглашали меня, ну и с удовольствием за компанию со мной шел Гердт. А мы по инструктажу не имели права этого делать. Ездили на яхту короля Фарука, в ресторан под пирамидами… Все переживала, что нас застукают, а Зяма успокаивал: «Танечка, перестаньте, вы в первый и последний раз за границей и я тоже в последний. Давайте плюнем на все инструктажи!» Так и продолжалась наша командировка, длившаяся больше месяца. В итоге Зяму вызвал кагэбэшник (его в театре называли «41-й», потому что в труппе было 40 человек) и сделал замечание.

Елена Бирюкова: об отношениях с бывшим мужем Климовой
Подробнее

Гердт никогда не играл одинаково, всегда позволял себе импровизации, шутки и очень любил своих кукол. Говорил: «Необходимо, чтобы кукла становилась продолжением твоей руки». Помню, я сидела в зале и синхронно переводила, сверху смотрела на его куклу и обалдела, увидев, что у нее по ходу спектакля меняется выражение лица от интонации Гердта. Он был прекрасный кукольник и обожал свой театр.

В Египте на спектакле «Необыкновенный концерт» я за ширмой держала лист, чтобы он мог читать по-арабски. И вдруг из зала мы услышали какую-то реплику. Сразу придумали ответ, и Зяма бросил нашу фразу в зал – публика пришла в восторг.

И вот 25 апреля мы летим домой, ни о какой совместной жизни не говорим, ничего не планируем, полноценного романа (любовниками мы не стали) не произошло. Договорились встретиться через день. Я пришла, подъехал «Москвич», распахнулась дверь. «Ну и детектив», – сказала я. А Зяма, высунувшись из машины: «Нет, я свободный человек». Оказывается, когда он приехал из аэропорта домой, где его встречала жена, было полно гостей – раньше каждая поездка за границу становилась событием, а после того, как все разошлись, сказал Кате: «Я полюбил другую женщину». У нее сработала интуиция: «Таню?» «Да», – ответил Зяма. Он думал, что всадил в жену кинжал, но следующая реплика Кати изменила мнение: «А квартира?» «Она твоя», – обрадовался Гердт. Кинжал сразу упал, и ему стало легко. А я в свою очередь вновь сказала мужу, что жить с ним никогда не буду.

Собчак переживает, что родит прямо на сцене
Подробнее
Бондарчук и Орбакайте произвели фурор на показе Юдашкина
Подробнее