мир сексуальных извращений

Днем Салли работает медсестрой, Дот – менеджером в офисе, Грэм – турагентом. А по ночам они играют в очень взрослые игры. Корреспондент «Мари Клер» проник в таинственный, наглухо закрытый для посторонних мир сексуальных извращений в пригородах австралийского Мельбурна. Впрочем, это мог быть любой другой город… Вы не задумывались, как развлекается медсестра из вашей районной поликлиники? А ваши коллеги?

Ежик резиновый с дырочкой в правом боку

Кит и Майкл живут вместе давно, ей 42 года, ему – 31. У них дома стоит сделанное на заказ ложе из латекса – для ролевых игр «раб–госпожа». Латекс напоминает им о временах девственности. Кит – трансвестит и когда-то был женат, но жена ушла от него.

Майкл: «Это для меня возвращение к подростковому возрасту. Тогда все мужики мне казались грубыми. Но однажды я увидел мужчину в черной коже и завелся. Купил костюм из латекса, надел кожаный плащ, связал себе ноги и стал мастурбировать. И мне захотелось большего – чтобы мной полностью управляли».

Кит: «В школе у нас были черные резиновые плащи. В дождливую погоду их вешали в коридоре, и я прекрасно помню запах резины. Многие начинают мастурбировать рукой, но я была брезгливым ребенком, поэтому всегда использовала резину – и ощущения были очень сильными».

Любите ли вы театр?

Салли – 35 лет, ее подруге Элизабет – 41, они живут вместе, в одном доме с пятью детьми Элизабет (старшему – 15, младшему – 5 лет). Салли работает медсестрой, Элизабет учится в университете на социолога. Обе были замужем, развелись, а в 1993 году сыграли языческую свадьбу и поклялись друг другу в вечной верности. В эротических играх девушки используют модели «рабыня», «палач», одеваются в костюмы «мужчины в черном» и «проститутки».

Салли: «Я очень люблю смотреть на Элизабет, когда на ней много косметики, короткая юбка и корсет. А когда она надевает высоченные каблуки, у меня сносит крышу. Я сразу чувствую себя гораздо сильнее в роли «господина».

Элизабет: «В корсете я сразу становлюсь очень женственной. У меня изменяется походка, взгляд, внешность. И хочется подчиняться. Но в жизни я “неправильная“ девушка – терпеть не могу флирт и все эти женские штучки!»

Человек породы «водолаз»

Фетиш Кена – латекс и, прежде всего, резиновый гидрокостюм для дайвинга. Он надевает его под пиджак и брюки, когда идет на работу. Дома он ходит в латексе, спит в неопреновом чехле для серфа. Эти фетиши он открыл для себя в 16 лет, одновременно осознав свою гомосексуальность. Правда, партнера у него нет, он проводит все сессии в одиночестве – с помощью шлангов для акваланга.

Кен: «Я был очень юным, когда понял, что резина меня возбуждает. Я почувствовал запах подошвы новых кроссовок моего отца. И мне понравилось. После я нашел кусок резины в мастерской дедушки – она была мягкая, податливая, нежная. Мне тогда было 12. У меня было много фантазий, и почти во всех присутствовал Бэтмен в своем латексном костюме. В моем воображении я всегда лежал на нем голым, а он заворачивал меня в свой плащ, прижимал к себе и ласкал. Бэтмен – мой черный ангел. Я его люблю. Он очень сексуальный. Я бы хотел стать его бойфрендом».

Обернуться не успеешь

Дот очень нравится, когда Мэнди, ее девушка-трансвестит, ставит Дот на деревянный ящик, привязывает к шесту и заворачивает ее в кулинарную пленку. Потом Мэнди отбрасывает ящик, и Дот медленно сползает вниз по шесту, пока подружка бьет ее рулоном с оставшейся пленкой. Еще Мэнди отрезает кусочки от пленки и прикрепляет их к коже пленницы прищепками для белья. Все это продолжается около двух часов, после чего Дот освобождается и падает в полном изнеможении.

Мэнди – трансвестит, в другой жизни его называют Грэм, ему 38 лет и он организует рыболовные туры. Его подруге Дот – 45 лет. Правда, у обоих есть пары на стороне. Дот замужем за мужчиной, который тоже увлекается трансвеститами. А у Грэма уже много лет постоянная подруга и трое детей. Игру, где все строится на дисциплине и подчинении, Дот и Мэнди придумали вместе.

Дот: «Когда тобой кто-то управляет, ты полностью подчиняешься его воле, делаешь все, что прикажут. Это дает ощущение свободы».