Интервью

Фильм «А зори здесь тихие…»: побороть страх воды и лишиться роскошных волос

Набрала вес ради роли

Над картиной «А зори здесь тихие…» мы работали в Карелии, где безумно красивые леса и озера. В перерывах между съемками ели морошку, собирали грибы. Два месяца, проведенных в окрестностях Медвежьегорска и Кондопоги, были для меня одними из самых счастливых в жизни. Фильм – мой дебют на большом экране, мне удалось поработать вместе с командой профессионалов, которую возглавлял Ренат Давлетьяров.

Я волновалась из-за того, что в главных ролях заняты пять девушек, четверо из которых – актрисы с именем. Полагала, что мы будем соперничать друг с другом на площадке, но, к счастью, мои переживания не оправдались: мы работали одной сплоченной командой и после съемок стали подругами.

После череды кастингов режиссер картины утвердил меня на роль Лизы Бричкиной. Я к тому моменту носила роскошные волосы ниже плеч. Ренат Давлетьяров предупредил: «Тебе нужно будет подстричься». Я охотно согласилась: для роли была готова на все что угодно! Но испугалась оттого, что лишилась роскошной шевелюры за одно мгновение: парикмахер вдвое укоротила мои волосы взмахом ножниц.

Для роли мне пришлось набрать вес: два месяца не отказывала себе ни в мучном, ни в сладком. В глубине души переживала, что все девушки будут красивыми, а я на их фоне буду казаться пышкой. Сейчас ограничиваю себя во вкусностях, вес потихоньку снижается.

Поборола фобию воды

Опасности мест, в которых мы работали, – скользкие камни, змеи, топкие болота. Все время съемок нашими «спутниками» были холод и противные пиявки. В детстве я чуть не утонула в реке, поэтому долгие годы боялась заходить в воду. Сцена гибели моей героини снималась целый день, к концу которого я ощущала болото родной стихией. Погрузившись в черную жижу, мне нужно было задержать дыхание, чтобы на поверхности вода успокоилась. Этот было самым страшным испытанием, так как мне постоянно не хватало воздуха. Дублей мы затратили массу, но я с поставленной задачей справилась! К тому же фобия воды постепенно исчезла. Трудности работали на нас: мы не врали, не фальшивили в кадре, ощутили на себе тяготы, с которыми сталкивались наши бабушки и прабабушки во время Великой Отечественной войны.