«Григорий Р.»: мистические случаи с Машковым

Отращивал мешки под глазами

Сценарист Илья Тилькин называет Владимира Машкова своим соавтором в написании финала сериала. Потому что трудно найти эпизод, который бы не рождался или не видоизменился при участии актера.

«Ни разу Машков не вышел на съемочную площадку со словами: «Давайте я вам сыграю то, что хотите», – уточняет Елена. – Это в принципе не его стилистика работы. Каждый съемочный день – подробное обсуждение эпизода, уточнение мотивов поступков героев, шлифовка диалогов, не говоря уже о глубочайших правках на момент написания сценария. Кстати, Машков до последнего момента оставлял за собой право отказаться от участия в проекте. Твердое согласие дал только на стадии принятия окончательного варианта сценария».«Во время наших разговоров за рамками съемочного процесса мне зачастую казалось, что на меня смотрит Распутин, – улыбается Елена Денисевич. – Один раз я пошутила: «Вовка, ты, конечно, очень сильно вошел в роль, и это сейчас вызывает восторг. Но время пройдет, проект закончится. Ты из роли-то выйдешь? Персонаж-то уж больно непростой. Мистический…» На что человек, в тот момент очень похожий на Распутина, отвечал, поглаживая снятую гримерами бороду: «Как Бог управит». В фильме есть эпизод, когда Распутин после бессонной ночи приезжает к придворному целителю Бадмаеву, который долгое время, но безуспешно лечил цесаревича от гемофилии. И между ними происходит важный диалог, раскрывающий личность Григория, его терзания по поводу того, каким силам он служит. Распутин задает главный вопрос, на который пытался ответить себе всю жизнь: «От кого и для чего дар, которым я наделен?»«Накануне были долгие и громкие обсуждения того, как именно это должно быть снято, – вспоминают коллеги актера. – Утром Володя сел в гримерное кресло и вдруг закричал: «Ты что делаешь?» Гример объясняет: «Но ведь мешки под глазами очень заметны…» Машков, перехватив руку с кисточкой, обиженно растолковал: «Да ты что?! Я ночь не спал, отращивал эти мешки. Распутин же с жесточайшего похмелья к Бадмаеву приехал...» Настолько он хотел добиться портретного и внутреннего сходства. А ведь Володя – невероятно дисциплинированный актер – любые отходы от режима для него катастрофе подобны!»