Джордж Клуни: под вопросом

Правила промоушн-этикета обязывают звезд кино впадать в состояние дружелюбной болтливости в честь больших премьер. Мы воспользовались тем, что на американские экраны вышел фильм «Хороший немец» с участием Джорджа Клуни, и напали на актера с массой бессовестных вопросов.

Использовать служебное положение в личных целях — как это гнусно! И как сладостно. В ожидании многочисленных зимних праздников мы просто не смогли отказать себе в маленьком (ладно, хорошо, в большом) подарке — пообщаться с главным сердцеедом Голливуда и властителем наших дум Джорджем Клуни. Правда, организовать интервью оказалось гораздо проще, чем договориться между собой, кто же станет той счастливейшей из смертных, кому выпадет шанс пообщаться с актером/режиссером наедине. В результате вполне цивилизованного спора и интеллигентного обмена мнениями, сопровождавшегося легким кровопролитием, мы пришли к компромиссному решению — поделить Клуни поровну, предоставив каждому члену редакции лично задать ему один вопрос. При этом мы, конечно, лишили себя удовольствия лицезреть нашего кумира (финансовый отдел наотрез отказался везти всю редакцию за океан), зато долго слушали его чарующий голос через спикер телефона. Единственное, что мы не догадались сделать, полагаясь на скромность и воспитанность друг друга, — так это подвергнуть вопросы предварительной цензуре. Это было ошибкой. Или нет?

ELLE: Вам пришлось со многими переспать, чтобы стать знаменитым?

Д.К.: (никаких эмоций). Да, с очень многими. Пришлось переспать даже с поросенком! Но чаще с владелицами киностудий, уродливыми и старыми. Кстати, в этом были и свои плюсы: старые женщины ложатся спать рано (как правило, после 21.30), а я, наоборот, очень поздно. Так что у меня оставалось много свободного времени.

ELLE: Какая она на самом деле, Джулия Робертс?

Д.К.: На самом деле она метр сорок ростом и очень злая. Я шучу. Она высокая и красивая, и забавная, и умная — как раз тот тип, который большинство женщин ненавидят.

ELLE: У Вас репутация человека, который не умеет делать деньги.

Д.К.: Действительно, многие мои фильмы не имели большого коммерческого успеха. На «Солярисе», «Добро пожаловать в Коллинвуд», «Признаниях опасного человека» я ничего не заработал. Но, с другой стороны,я прикоснулся к золотому дну благодаря одиннадцати, двенадцати, а теперь и тринадцати «Друзьям Оушена» — мне не на что жаловаться. В любом случае, когда я совсем останусь без гроша, я смогу сниматься в японской рекламе…По-моему, реклама в Японии как раз для того и существует, чтобы выручать деньгами американских актеров.

ELLE: В одном интервью Вы сказали, что все еще не устроили свою личную жизнь, потому что слишком много работаете и у Вас нет времени по-настоящему влюбиться. Не слишком правдоподобное объяснение.

Д.К.: Да, не слишком. Но от судьбы все равно не уйдешь. По-моему, довольно глупо говорить себе: «Ну вот, я бросаю к черту работу, еду в отпуск и нахожу жену». Если что-то должно случиться, это обязательно случится. В настоящее время я ничего не делаю для того, чтобы это случилось, и ничего — чтобы не случилось. Вам подходит такой ответ?

ELLE: Назовите номер Вашего мобильного.

Д.К.: Ну наконец-то начались умные вопросы! Правда, тут есть небольшая загвоздка — у меня нет мобильного. И это не шутка, честно. Я ненавижу сотовые! Мой кошмарный сон — быть все время доступным.

ELLE: На какой кровати Вы спите? Водный матрас? Кровать королевского размера?

Д.К.: Водный матрас, говорите? Я начал уже забывать, что это такое… А вообще у меня была подобная штука лет в 15. Но сейчас я сплю на кровати королевского размера. С семнадцатью обнаженными женщинами.

ELLE: Вероятно, кончик хвоста у Вашего поросенка Макса имеет форму штопора. А у Вас?

Д.К.: И об этом меня спрашивает барышня из модного журнала? Как не стыдно! Ну ладно, воспользуюсь никуда не годным вопросом, чтобы исправить ложное представление обо всех свиньях в целом и о моей в частности. Макс обладает абсолютно прямым хвостиком, как и его хозяин.

ELLE: А между Вами и Вашим поросенком действительно только дружба?

Д.К.: Да, хотя вначале была любовь… Но сейчас мы живем в разных комнатах: Макс сильно постарел и ужасно храпит.

ELLE: На Ваш взгляд, Вы больше похожи на Кэри Гранта или Кларка Гейбла?

Д.К.: Конечно, на Кэри Гранта. Причем такого, каким он стал сейчас, через 20 лет после смерти. Вот ужас! Он, должно быть, в гробу переворачивается, слушая, что я несу. А про Гейбла могу лишь сказать, что, как только я наклеиваю усы, мгновенно становлюсь похожим на его гибрид со Сталиным.

ELLE: Вы волосатый? Если да, докажите.

Д.К.: Очень. Кстати, мой волосяной покров был освидетельствован судмедэкспертом. У меня ровно три волосины в два ряда. Могу показать.

ELLE:. Вы любите блинчики?

Д.К.: Да, блинчики с черникой. Очень интересный вопрос, мне его раньше никогда не задавали.

ELLE: Каким парфюмом Вы пользуетесь?

Д.К.: Никогда не пользуюсь духами. Я тип, от которого плохо пахнет и у которого нет мобильного телефона. Подумать только!