Кайли Миноуг. Фактор Кайли

Это первое интервью Кайли Миноуг для глянцевого журнала – с тех пор как она победила болезнь. О любви, которая помогла ей выжить, звезда рассказала своей подруге Кэти Летте.

Звезда без звездной болезни — такая же редкость, как барабанщик-интеллектуал или тихий американец. А между тем она именно такая. Тираж ее дисков зашкаливает за 40 миллионов. Ее песни привязываются на целый день. Как Мэрилин или Мадонну — ее знает по имени весь мир. Билеты на последний концерт на стадионе Уэмбли были распроданы за минуты. Но, несмотря на то что Миноуг — ПСПЗ (Полностью Состоявшаяся Поп-Звезда), у нее нет типичных для этой категории людей заморочек: реабилитационных клиник, мелькающих, как в калейдоскопе, бой-френдов, наркотических оргий, тантрических практик. Она не требует в гримерке орхидей, воды с горных ледников и органических продуктов. Единственная просьба, чтобы там был чайник. Отсутствие капризов равно умиляет и раздражает критиков, но что поделать — такова уж Кайли Миноуг.

Мы познакомились в 1994 году, на ужине у приятелей, и с тех пор дружим — как ни странно. Я совсем не гожусь в подруги гламурной поп-звезде Кайли. Я ничего не понимаю в моде. У меня нет великосветских друзей. И слуха у меня нет, и танцую я не в такт музыке…

Должно быть, Кайли исключительно из жалости подружилась со мной и стала регулярно забегать на ужин, на чашку чая, сразиться в «Скраббл» или посмотреть очередную серию «Х-фактора».

Мы не виделись несколько недель, когда в мае 2005 года страшная новость, как цунами, ворвалась в мою кухню вместе с волнами BBC: у Кайли Миноуг обнаружен рак груди… Певица прерывает гастрольный тур, чтобы пройти курс лечения… Как обухом по голове — шок, ослепление. И неотступная мысль: этого просто не может быть. Не может ничего плохого случиться с нашей золотой девочкой, такой веселой и жизнерадостной.Связаться с ней было невозможно: журналисты атаковали, пытались проникнуть в больницу, в дом — семья оказалась практически в осаде. «Нас обложили со всех сторон, — рассказывала потом Кайли, — и трое главных мужчин моей жизни — Оливье (Мартинез, бойфренд Миноуг), папа и брат — держали оборону, оберегали меня от всего и всех и очень, очень поддерживали. Все мы были в трансе, перепуганы и подавлены, но приходилось «держать лицо» — а что еще остается в таких ситуациях?»Сейчас все позади. И мне хочется понять, просто для себя — как влияет на человека подобное испытание? После съемки, которую Карл Лагерфельд делает в Париже специально для ELLE, мы встречаемся с Кайли в ресторане одного модного отеля. Здесь полумрак, но, когда входит Кайли, все — озаряется. Ею, ее улыбкой, улыбками и взглядами, обращенными к ней. У нее просят автографы, и она раздает их не ломаясь — сама любезность и обаяние. Это ее работа, и она сама — не поп-дива, а стойкий оловянный солдатик.

«Мне объявили, что у меня рак и что операцию нужно делать немедленно… И вот я лежу на каталке, меня везут в операционную. А у меня в голове вертится «анатомический театр»… Точно, думаю, театр — огни, яркий свет, адреналин, люди в масках… И я — в главной роли… Вот такая ерунда!»

Удивительное присутствие духа,чувство юмора, ирония — все это помогало ей выжить. Я навещала Кайли в парижской клинике, когда она проходила химиотерапию: даже с больничной койки, исхудавшая до предела, без сил и без волос, она продожала всех подкалывать. Кстати, и без волос она была красавицей, похожей на героиню какого-нибудь фантастического боевика с Сигурни Уивер. «Это было самое мрачное и тяжелое время, — говорит она сейчас. — Но для черного юмора лучше повода не найти!

Веришь ли, я никогда столько не смеялась! Как говорится, клин клином вышибвают: я с удовольствием смотрела черные комедии, где даже смерть и болезни становятся предметами шуток». «Кэтрин Тэйт», «Найти Найт» и «Маленькая Британия» — гомерически смешные шоу и сериалы славятся ужасающей неполиткорректностью, в одном из них даже есть эпизод под названием «У меня рак!». «Это моя любимая шутка, — смеется Кайли. — Смех стал для меня альтернативной терапией, когда я смеялась, было не так страшно и грустно».