Олеся Судзиловская: даже не снилось

Красавицу Олесю Судзиловскую мы скоро увидим в фильме «В ожидании чуда». С актрисой встретилась Анастасия Цветаева, чтобы узнать, как на самом деле живет признанная светская львица, вокруг которой всегда так много мифов и домыслов.

Олеся Судзиловская появилась на свет весной. В подмосковном Зеленограде, в семье инженеров, занимающихся холодильными установками. Позже, когда она подросла, то на вопрос о родителях говорила, что «они занимаются холодом». Правда, мама Олеси в юности увлекалась балетом, но оставила его ради рождения двух дочерей — нашей героини и ее сестры Жанны.

В 4 года Олеся отправилась в секцию художественной гимнастики. «Моим тренером была Людмила Павловна Зотова, у которой свисток лежал на груди. Если она один раз свистнула нужно было крикнуть: «Ау», а если два, то построиться около корпуса». Впоследствии это сослужит ей хорошую службу. Я, например, помню, как однажды пробовалась на фильм к режиссеру Георгию Шенгелая, и он сказал, что взял Судзиловскую на главную роль в фильме «Мусорщик», потому что она очень красиво двигалась, — и все благодаря художественной гимнастике. В тот момент я пожалела, что в школе даже на физкультуру не ходила, не то чтобы спортом профессионально заниматься. Ну ладно, я отвлеклась.

В общем, была бы Олеся мастером спорта, если бы в 14 лет она из любопытства не пошла на пробы. Неожиданно для нее самой Олесю утвердили в телевизионный фильм «Посредник» на главную роль девочки, которая в компании двух пионеров спасает Землю от нашествия инопланетян. Пришельцы были повержены, спорт заброшен, а школу она заканчивала уже экстерном.

12 утра, мы сидим в пустом ресторане «Павильон». Она пьет чай из длинного прозрачного стакана и ест сырники со сметаной. Через час у нее репетиция. Как любая красивая актриса, она обожает тяжелые драматические роли и с большим удовольствием рассказывает мне о своей последней работе. «Сейчас я репетирую у Трушкина на Малой Бронной офигенскую роль, я, правда, умерла уже на ней — не проедешь ни одну сцену с наскока, надо просто ее брать и играть. Я там оставляю свое здоровье! Думала, что у меня просто очередная роль, что я отдохну, наконец, но не получается. Мы каждый день репетируем, у нас тяжело очень все рождается — то партнеры меняются, то у Глеба (Подгородецкого. — Прим. ред.) депрессия, то у меня, но это такой кайф! Это такое творчество! Режиссера у нас все любят — и мальчики и девочки, в него невозможно не влюбиться! Он очень интересный, невероятно талантливый и глубокий человек».

Олеся не мечтала быть актрисой. Но после ее кинодебюта мама отвела дочку в коммерческую театральную школу при Московском социальном университете. Занятия проходили в огромном доме культуры в Текстильщиках, и о тех временах Олеся до сих пор вспоминает с теплотой. Ну а потом пошло-поехало. Олесю зачислили сначала вольнослушательницей, а потом полноценной студенткой во МХАТ на курс к Авангарду Леонтьеву. «Он очень много в нас вкладывал. Не оставлял нас равнодушными ни к чему: что в мире творится, как нужно с пользой провести лето, как нужно правильно относиться к маме». А по окончании института великий Гончаров берет ее в труппу театра Маяковского. Олесю часто спрашивают о Гончарове, воспринимая ее как связующую нить между уходящей эпохой великих мэтров и веком гламура.

С Гончаровым она поработала совсем немного, успев сыграть в последнем его спектакле — «Как вам это полюбится» Шекспира. Главный режиссер театра Маяковского был известен крутым нравом, но после 12 лет в спорте и 4 лет обучения у Авангарда Леонтьева он показался закаленной Олесе вполне себе милым дедом (так его называли в театре). «Я ему один раз сказала: «Простите, пожалуйста, вы так орете, что я не понимаю, какое вы мне делаете замечание». — «Кто это?!» — Олеся смешно шамкает, изображая разъяренного Гончарова. — Обычно от его фразы «Кто это?» люди падали в обморок. Но вообще он меня уважал, хоть и не узнавал иногда при встрече. Говорят, что он так специально над актерами издевался — любил пошутить, одним словом. Но он потрясающий! Он научил меня говорить на сцене. А однажды во время репетиции решил показать мне, как надо танцевать. Подошел, отодрал от моего костюма мини-юбку (она была на липучке) и с ней на пузе давай танцевать, а я стою рядом в трусах и колюсь! Он хороший был…»