Группа «Фабрика» для MAXIM

Группа «Фабрика» работает днем и ночью, в две, а то и в три смены. И если они нашли время попозировать для тебя – значит, ты самый лучший человек на этой планете.

ЭТОЙ ФАБРИКИ КРАСКИ!

- Давно мечтаю спросить: а кто сочиняет вам тексты и музыку? - Саша. Вообще, автором большинства песен является Игорь Матвиенко. Но иногда мы с Ирой сочиняем сами. - Ира. Самая плодотворная у нас Саша. У меня это реже случается. - Саша. Я написала песню «Ой, мама, я влюбилась» в творческом тандеме с Игорем, а вторая песня – «Заболела тобой». Там и музыка, и слова – мои. - Ира. А я сочинила песню «Не всерьез». Меня безответная любовь вдохновила.

- А что необходимо для творчества и вдохновения? - Ира. Нужно чувствовать, что кожа рвется по швам и хочется себя выплеснуть. Это обычно происходит внезапно. А по заказу даже у Матвиенко не получается.

- По-моему, то, что у него получается, каждый год отмечает «Серебряный дождь» серебряными калошами за плагиат. - Сати. Ну... На эту тему Рыжий из «Иванушек» неплохо сказал: «Нам говорят – плагиат, а мы говорим – традиция». Вообще, мы иногда Игорю сами пытаемся намекать: «И-и-и-игорь! А вот эта песня очень похожа на ту-у-у-у...» И вот это вот «там-пара-рарарам» там точно такое же. Может, как-то иначе попробовать?» Я вот уверена, что для настоящего творчества необходимо страдание. Талант должен быть голодным. Чего-то должно не хватать. А когда у тебя все зашибись, ты богата, успешна и влюблена, там творчеству просто негде родиться.

- О как! Ты, похоже, раскрыла главную проблему отечественного шоу-бизнеса. Так, может, просто попросить продюсера вам не платить, парней убедить вас бросить – и тогда вы запишете лучший диск в истории человечества? - Саша. Нет, это слишком жестоко. Должен быть все-таки компромисс. А потом, я в прошлом году это все хорошо совмещала. И выпускные экзамены, и бурную любовь, и еще более бурную гастрольную деятельность. И вдохновение было. - Сати. Зато девочка истощала, все время плакала, переживала... - Саша. Не было этого!

- На что вы обращаете внимание в первую очередь, увидев мужчину? - Ира. На глаза, как ни странно. Выражение и отражение того, что внутри. Степень искренности. - Сати. А я не знаю на что. Бывает, что от него просто такой импульс идет, что с ног сшибает. Но составляющие этого импульса я так с ходу не назову.

- А крупное состояние может заменить этот импульс? - Сати. Нет, конечно. Мы много богатых людей встречаем, но никто не будет терпеть чье-то хамство, невоспитанность и уродство души потому, что за этой душой много денег. - Ира. Я не хочу сказать, что деньги всех портят. Нет. Человек пять – семь из ста остаются вполне нормальными. - Сати. Я бы сказала – один из ста.

- За какую сумму вы смогли бы поцеловать совершенно незнакомого человека?Саша. По-настоящему? Отличный вопрос... - Сати. Я теряюсь. А как целовать? В губы? Глубоко? Ира. А он симпатичный? - Сати. Нет. Наверное, ни за какую. - Ира. Нет. Точно нет. - Саша. Нет такой суммы, я думаю.

- А если он захочет поцеловать руку? - Сати. Руку можно поцеловать бесплатно. А все остальное – исключительно по любви. Завоюйте сердце, а потом делайте что угодно. - Саша. Вот именно. А то вас одни только суммы интересуют! А романтики – никакой.

- Кто-нибудь из вас спит с мягкими игрушками? - Сати. Я со своими не сплю. Хотя, если у меня что-то болит или просто плохо, беру к себе плюшевую собачку. - Ира. Я в детстве спала с желтой собачкой. Она была единственным нежным созданием, которое мне нравилось обнимать. - Саша. У меня тоже есть несколько игрушек, но я больше люблю что-то живое.

- Отлично, поговорим про живое. Вам популярность мешает или помогает заводить партнеров? Все-таки десятки тысяч людей на концерты приходят – выбор же больше? - Сати. Ну, до того как это все началось, у меня была гораздо более бурная личная жизнь. Тут дело не в тысячах, ведь нужен единственный. А сейчас настолько бешеный график... И как нам знакомиться? Со сцены его высматривать? Ну, очень редко после концертов бывают какие-то банкеты или afterparty, но это редко. Иногда пытаются записки в букетах передавать, но я их выкидываю. - Саша. Если мужчина захочет, он земной шар прогрызет, но тебя достанет. До «Фабрики» у меня тоже было много поклонников, но я очень требовательная. Мне сложно угодить. Сейчас, кстати, еще сложнее: ты не понимаешь, почему с тобой знакомятся – потому, что ты из группы «Фабрика», или потому, что ты просто Саша. Но я все же надеюсь и верю, что встречу свою половинку. - Ира. А у меня ничего не изменилось. И до «Фабрики» я встречалась с людьми и думала, что вот он, тот самый. Потом понимала, что нет, вроде не тот. И так далее.

- А хоть один поклонник творчества «Фабрики» стал вашим бойфрендом? - Ира. Вряд ли среди серьезных мужчин есть поклонники нашего творчества. Это все-таки больше слушают девочки, больше переживают. - Сати. А мужчины, которые могут заинтересовать нас, наверное, слушают Нину Симон. Вот только ее поклонники могут быть лично мне интересны.

- Если бы у вас вдруг образовался один совершенно свободный от концертов день, на что бы вы его потратили? - Сати. Я бы прямо с утра бросилась в салон красоты. Я очень люблю проводить время в салоне. Я получаю удовольствие, когда надо мной трудятся разные мастера своего дела. Тот же массаж, маникюр и все прочее. После этого я бы быстренько пронеслась по парочке бутиков, а вечер можно отдать какому-то любимому. - Саша. А я бы с утра пошла в институт. Потом поела бы дома или в кафешке, а потом попробовала бы что-нибудь сочинить. А вечером уже можно в массажный салон или в бутик. - Ира. А я бы провела весь день с любимым человеком. Если бы у меня был такой человек и такой день. Может быть, на природе.

- Спасибо за искренность, но в конце интервью непременно должно быть что-то веселое. Нет ли у вас какой-нибудь забавной истории на прощание? - Ира. Это про то, как кто-то со сцены падает? - Саша. Сати у нас падала несколько раз, кстати. На сцене просто поскальзывалась. - Сати. И почему-то в газетах писали, что я была без трусов. У них если кто-то упал, то обязательно без трусов. И считается, что я вообще только так выступаю. Может, правда попробовать как-нибудь?