Искусство под страхом смерти. Кубань в годы ВОВ

Шаланды полные … шедевров

Сложнее всего приходилось музеям: их двери не закрывались перед посетителями, а в это время работники срочно организовывали эвакуацию экспонатов. Директор Краснодарского историко-краеведческого музея (теперь – имени Фелицына) перед уходом на фронт передал упакованные ценности на хранение. А директор Художественного музея им. Луначарского (теперь – имени Коваленко) Александра Ксенофонтовна Осипова решила иначе. Уже осенью 1941 года она начала добиваться вывоза основной части коллекции на Урал.

– Поезд с 13 ящиками музейных ценностей оказался последним, которому удалось проскочить под бомбежками, – говорит старший научный сотрудник музея Диляра Садыкова. – Ящики с картинами перезагружали в вагоны, перевозили через Каспийское море на рыбацкой шаланде. В оккупированном городе немцы обыскивали библиотеки, музеи, забирали ценные вещи и отправляли их в Германию. Из тех работ, которые не смогли эвакуировать, были утрачены произведения Бакста, Кульбина, Штеренберга, Куинджи, Клодта, Френца, разбита часть коллекционного восточного, русского и западноевропейского фарфора. После освобождения Краснодара коллекции постепенно возвращались «домой», и к 1944 году музеи работали по расписанию.

В войну художник Виктор Крысин был штурманом тяжелых бомбардировщиков. Несмотря на ранение правой руки, после войны окончил художественный институт. Его работы сейчас есть в экспозициях художественного музея им. Коваленко. Так же как и эскизы другого нашего земляка Александра Глуховцева. Например, «Рукопашная схватка» была сделана на фронте с натуры в 1943 году. Художник был руководителем штаба партизанского отряда.