«Однажды в Ростове»: что осталось за кадром?

Цивилизация наследила

Когда планировали, где будут проходить съемки, не могли обойти стороной родину истории южных фантомасов. Площадкой для работы стали улочки Ростова-на-Дону, понтонный мост. Сергей Жигунов лично выбирал «натуру», искал подходящие для съемок уголки в родном городе и каждый день был на съемках. Кстати, киношники декораций не строили, а вот приводить площадки в порядок перед работой приходилось: и мусор убирали, залежавшийся с зимы, и побелкой занимались... Помогали и местные жители.

«Ростовчане – люди отзывчивые, хотят участвовать в съемках, несут вяленую рыбу, – подмечает Жигунов. – Так что внимания нам достаточно! Сложности возникли другие: я думал, не составит труда найти виды для съемок, но ошибся. Там, где я в детстве бегал мальчишкой, многое изменилось: цивилизация «наследила» пластиковыми окнами, спутниковыми тарелками, рекламными щитами… Зато в Новочеркасске нас поразил центральный парк: там сохранилась бильярдная тех лет и карусели!»

В Новочеркасске снимали «ростовские» по сценарию отделение милиции, госпиталь, парк, вокзал: на зданиях просто меняли вывески. А декорации строили только один раз – когда местом съемок стал железнодорожный вокзал. Впрочем, «подмену» пережил и сам Новочеркасск: действия картины, которые должны происходить в этом городе, развернутся в украинском Мариуполе. Как выяснилось, причиной всему стал подходящий балкон на здании мариупольского театра, по сценарию – Горкома, с которого власти обращаются к бунтующим горожанам. В Новочеркасске административного здания с нужным балконом не нашлось.

Командуйте «мотор»!

Но все же решающую «схватку» правоохранителей и «фантомасов» решили снимать в Ростове-на-Дону на понтонном мосту. В этот день на площадке как никогда оживленно: посмотреть на съемку пришли незадействованные в сцене актеры, поддержать Сергея Жигунова приехала его жена Вера Новикова (супруги свободное время между «моторами» проводили вместе, делились впечатлениями).

Кто должен расстаться с жизнью в финале фильма – пока секрет, иначе кино смотреть будет неинтересно. Но кровавые раны рисуют всем: у Владимира Вдовиченкова – «кровь» на виске, у Виктора Хаева (один из налетчиков) – под носом. «Окровавлены» шея и ворот рубашки у Сергея Жигунова. Впрочем, «травмы» нанесенные гримерами, не мешают бурно обсуждать очередную сцену.

«Я говорю, ногу во-о-от так подвернуть, а голову – к машине. Все, я упал! Мне паршиво! Налетайте!» – командует Владимир Вдовиченков, присаливая реплики крепким русским словцом (в куртке-фуфайке, старых грубых ботинках и кепке набекрень, настоящий сорви-голова из 60-х!).

«А можно еще вот так! И руку – сюда...» – подсказывает режиссер.

«Если сюда рука ляжет, ногу лучше подогнуть», – добавляет Жигунов.

«Так, я готов. В процессе разберемся! Командуйте «мотор»! – загорается ролью Вдовиченков.

Почти полчаса споров и репетиций, а съемка – считанные минуты. Команда просматривает все на мониторе компьютера. Снято! Дубли не нужны.