Эксклюзив

Рут Озеки: «Лев Толстой – важный человек в моей жизни»

Недавно американка японского происхождения получила премию «Ясная Поляна» за роман «Моя рыба будет жить», который вышел в издательстве АСТ. Произведение она задумывала, как книгу о дзен-буддизме «для чайников». Но в процессе написания история разрослась до книжки обо всём на свете — религии, географии, экологии, квантовой физике, войне и ее последствиях, быте и нравах современной Японии, а главное — тесных отношениях писателя и читателя.

Шекспир и Мураками – мои учителя

– Рут, вы, наверное, знаете, что Ясная Поляна тесно связана с именем Льва Толстого…
Рут Озеки

– Я, конечно, читала «Войну и мир», «Анну Каренину», «Смерть Ивана Ильича», его статьи. Сложно получить филологическое образование в США и не изучать Льва Толстого.

– А еще именно он говорил о непротивлении злу насилием. По-моему, вполне в духе буддизма?
Рут Озеки

– Я помню, как в Америке развивалось движение за гражданские права, все тогда увлекались Мартином Лютером Кингом. А еще восхищались Махатмой Ганди и его непротивлением злу насилием. И я тогда и не догадывалась, что Толстой – человек, от которого все пошло. Замечательно, что идеологом философии стал писатель. К ним же отношение такое несерьезное: мол, это человек, который пишет какие-то истории. А тут совершенно другое. Толстой – очень важный человек в моей жизни.

Миллионеры из трущоб: Джобс, Дисней и другие
Подробнее
– А еще какие писатели повлияли на ваше творчество?
Рут Озеки

– Их много. И от каждого я взяла понемногу. Тот же Толстой научил меня выписывать характеры и строить сюжет. Шекспир рассказал мне много о поэзии, Курт Воннегут – о юморе, Габриэль Гарсия Маркес – о чудесах, Харуки Мураками – о божественных мирах.

– Ваше творчество называют смесью Сэлинджера и Мураками?
Рут Озеки

– Мне это нравится. Можно сказать, я польщена. Здорово, что у вас в России сравнение с Сэлинджером считается похвалой. В Америке так было не всегда. Я еще раз прочитала его «Над пропастью во ржи» в 2006 году, перед тем как начать писать свой роман. И образ главного героя все время вертелся в моей голове. Я многое, конечно, прочла у Мураками. И роман «Моя рыба будет жить» – в чем-то своеобразное посвящение ему. Не зря одного из персонажей я так и назвала – Харуки.

– Вы с ним когда-либо общались?
Рут Озеки

– Нет, он очень серьезный писатель, поэтому не общается с людьми. (Смеется.)