Технология будущего: как я испытала 3D-принтер

Корреспондент Woman’s day испытала первый в Екатеринбурге высокоточный копировальный аппарат для «всего на свете», сотворив себе подвеску.

3D-принтеры – как сотовые телефоны конца 90-х

«Оцени подарок от мужа на Новый год», – и подруга протянула мне небольшой кулон в виде сердечка, сделанный из странного шершавого металла. «И в чем фишка?» – покрутила я украшение, на мой взгляд, довольно невзрачное. «В том, что он его напечатал на 3D-принтере!» Ого! И шершавое сердечко сразу стало казаться таким… уникальным! Хочу такое же!

Воодушевленная роликами из Интернета «3D-принтер может напечатать что угодно!», я отправилась на экскурсию в Инновационно-внедренческий центр РИЦ УрФУ.

Два 3D-принтера – для металлических изделий и предметов из пластика – занимают две небольшие комнаты. В каждой установлены несколько агрегатов в человеческий рост. Начальник технического отдела Михаил Плотников распахивает один из них и рассказывает:

– Современные 3D-принтеры – это как сотовые телефоны конца 90-х годов: здоровые и дорогие. К тому же мало у кого есть, и большинство не понимает, зачем они нужны. Но, как и произошло с мобильными, они станут меньше, дешевле и жить без них станет невозможно!

– На выставке «Иннопром» в прошлом году показывали, как работает 3D-принтер. Чем ваш от того отличается?

– На выставке вы видели портативный 3D-принтер, который печатает полиамидной нитью и который популярен по рекламным лозунгам «такой может себе купить каждый» (за 50–100 тысяч рублей). Он позволяет создавать сразу много деталей и более объемных. Например, может распечатать блоки для строительства дома… Детали выходят дешевле, но грубее и требуют обработки. А высокоточные принтеры в УрФУ печатают с помощью порошка – это дороже (один только порошок мы закупаем в Германии за евро...), дольше, меньше по объему, зато точность – высочайшая! Толщина слоя «печати» нашего принтера – 0,02 мм, а в портативных моделях – 1 мм. И на выходе, что бы вы ни создавали, получается изящная вещь, по которой не видно, что ее наращивали слой за слоем.