Цирк дю Солей: куда пропали дети и гримеры

С шоу Varekai «солнечный» цирк приедет в Россию второй раз. В 2009-м его показывали в шатре, на этот раз – на арене. Чем будут удивлять?

Сюжет прежний. Это все та же сказка об Икаре, который упал на землю с небес, попал в лес, населенный таинственными существами, и вместе с крыльями потерял надежду опять когда-то взлететь. Обрести веру в себя, вновь подняться ввысь ему помогли лесные обитатели.

Артистический директор Varekai Майкл Смит рассказал, почему стоит пойти на представление, даже если вы его уже видели.

– Правда ли, что режиссер Доминик Шампань переложил на язык шоу свою личную историю? Говорят, около трех десятков лет назад он упал с высоты третьего этажа, три месяца не вставал с больничной койки, а затем заново учился ходить.

— Да, действительно, его история стал вдохновением для шоу. Доминик работал в театре в Монреале, упал с колосников и переломал ноги. То, как он сам с этим справлялся – одна сторона, другая заключалась в том, как окружающие реагировали на него, пока он восстанавливался: кто-то принимал, кого-то это зрелище напрягало и раздражало. Поэтому история Икара – это способ поставить людей в ситуацию, когда они вынуждены реагировать на то, что видят.

– Вы знаете о шоу Varekai все. Какие номера не перестают удивлять и вас, когда сердце замирает от волнения?

— Мне сложно выбрать какой-то из номеров – прекрасны все. Каждый решает какую-то задачу. Есть пики, кульминационные моменты, а есть более спокойные, тонкие и человечные. История длится до самого последнего номера. Но «Русские качели» чуть вне, это феерия, взрыв впечатлений. У меня до сих пор останавливается перехватывает дыхание, когда ребята показывают номер. В момент, когда они перелетают с одних качелей на другие, я хватаюсь за сердце. Кстати, это и самый сложный по оснащению номер. Есть еще ребята из России в номере «Скользящая поверхность». Он построен на технике акроспорта, а лучшие спортсмены в этой дисциплине – из Восточной Европы.

– В 2009 году Varekai показывали в шатре, теперь на арене. Как сильно подросли и изменились декорации шоу?

— Когда мы трансформируем шоу в формат арены, первое, что стараемся делать, – сохранить общий вид и впечатление, которое производит сценическое пространство на зрителя. Визуально для зрителя ничего не поменяется. Хотя вся сцена, декорации, оборудование перебирается. Главное, что должно произойти, – ускорится процесс монтажа и демонтажа. На установку шатра у нас есть неделя, убираем мы его несколько дней. В «аренной» версии темп совершенно другой. Сцену готовят за сутки, а разбирают в течение нескольких часов. А еще существенные изменения, которые мало кто заметит: свет и звук. В шатре маленькое пространство. И этот же эффект нужно воссоздать в значительно большем объеме арены. Плюс шоу создавалось в 2002 году. Естественно, многое из технического оборудования, решений успело устареть. При трансформации появилась возможность сделать следящий свет, звук, который обволакивает каждого зрителя. Все усилия направлены на то, чтобы сохранить прежний эффект в совершенно другом пространстве. Что касается артистической составляющей, история сохранилась, но некоторые номера неизбежно вышли из моды, не смотрятся как раньше, не так эффектны на арене, как в шатре. Это повод обновить некоторые номера, что-то поменять. Добавить то, что производит wow-эффект на современную публику, вкусы и опыт которой тоже меняются.

– Получается, что зрители, которые уже с Varekai, увидят в то же время то же самое шоу, но другое…

- Появилось около трех номеров номера по сравнению с 2009-м. Я сам работал в 2010-м на шоу, и для меня это не повторение, а совершенно другая история. Шоу изменилось, стало производить несколько другое впечатление. Оно более мощное, динамичное.

– В Varekai публику развлекают клоуны. Как вы будете адаптировать юмор под российскую публику? Станут ли клоуны шутить по-русски, на каком языке общаться с публикой?

— В этом шоу клоуны не разговаривают. А те несколько фраз, которые звучат, произносит русскоязычный артист. Понятно, что в любой культуре своя скорость реакции, восприимчивость к тому или иному типу юмора, как правило, но это все устаканивается в первые пару дней гастролей. Клоуны и должны быстро и чутко реагировать на поведение публики. Русская публика любит не глупый юмор. Она умная, но не рассудочная. У нее остаются эмоции.

– Помимо артистов в шоу еще 39 человек персонала. Без каких узких специалистов не представить шоу?

— В туре такие все. Времена, когда мы готовы были возить людей, которые просто создавали комфортную обстановку, давно прошли. Каждый человек обладает тем или иным навыком, без которого работа тура невозможна. Это и стейдж-менеджеры, и физиотерапевты, и акробатические тренеры. Даже если человек не выходит на сцену, его помощь, знания, компетенция и, между прочим, характер сделали бы существование шоу без его участия невозможным. С человеческой точки зрения опыт жизни в туре очень интенсивный и довольно тяжелый. Это сознательный выбор: ты уезжаешь из дома, от друзей, близких. Непросто сделать так, чтобы все было комфортно, работало, было безопасно. И результат зависит от каждого.

– Почему артисты наносят себе грим самостоятельно? Экономите на гримерах?

— Если возить с собой гримеров, то начинать гримировать артистов нужно с 10 часов утра. В Varekai у всех артистов грим индивидуален. Это то, что делает их персонажи самобытными. Когда артисты поступают на работу в шоу, они приезжают в Монреаль, готовят номера, учат роль, тренируются, и одновременно их учат наносить грим шаг за шагом. У них есть книжечка, в которой расписан поэтапно весь процесс. Для многих нанесение грима – уже элемент подготовки к выступлению. Они погружаются в себя часа на два, так долго длится этот процесс, и таким образом настраиваются и готовятся к выступлению. Артисты Varekai очень гордятся гримом, это существенный элемент их работы.

– Есть ли в труппе «цирковые» дети?

— В аренном формате все артисты обязательно совершеннолетние. Учитывая, что, за редким исключением, шоу переезжает раз в неделю – две, это не та среда и условия, в которые нормальный человек станет брать с собой ребенка. Поэтому в туре детей моложе 18 нет ни среди сотрудников, ни среди сопровождающих.

– Есть ли у труппы Varekai какие-то традиции, что делают артисты перед выходом на сцену или приезжая в новый город?

— У разных команд свои традиции внутри номера. Так, если это номер воздушный, люди обмениваются специальными рукопожатиями со своими техниками, которые их сопровождают и обслуживают номер. Групповые номера склонны к тому, чтобы собраться в кружок. А после последнего выступления в городе все бросаются за кулисы, чтобы собрать вещи и успеть загрузиться в автобус, это носит крайне неромантичный и очень практический характер.

– Если бы вы хотели пригласить на Varekai человека, равнодушного к такому жанру, чтобы рассказали о шоу, чтобы его привлечь?

— Наши шоу требуют воображения, они разговаривают языком метафор, поэтому быть приверженцем циркового искусства совершенно не обязательно. Цирк дю Солей никогда не считал себя цирком в чистом виде, это всегда был микс. Цирковое искусство, как и другие выразительные средства, всегда были технологией, средством выражения некой идеи, а не приговором и узкой нишей, в которой мы вынуждены существовать. Это продекларировал Цирк дю Солей в 1984 году, этого придерживается до сегодняшнего дня.