Егор Кончаловский: «Любовь – настоящая боль»

По паспорту вы Михалков, по жизни Кончаловский. Долго думали, когда выбирали фамилию?
Егор Кончаловский (Egor Konchalovsky)

Так получилось. Когда мой отец уезжал на Запад, он был Михалковым… А там стал Кончаловским. За ним стали звать Кончаловским и меня.

Есть ли в вашей семье праздничные традиции? Какие?
Егор Кончаловский (Egor Konchalovsky)

Собираться вместе с детьми и внуками. Мы обычная семья с советским прошлым, поэтому наш новогодний стол такой же, как у всех: оливье, может, икра.

Какие проекты у вас сейчас планируются или уже в работе?
Егор Кончаловский (Egor Konchalovsky)

К счастью, у режиссера длинная жизнь. Сейчас продюсирую один проект и один снимаю. Но пока рано еще о них говорить. Еще хотел бы осуществить фильм о царице Томирис, которая жила за 500 лет до нашей эры. Это было несколько ранее даже, чем Александр Македонский. Надеюсь, когда-нибудь получится рассказать эту историю.

На какие темы вы чаще всего разговариваете с дочерью? Столкнулись ли вы с трудностями подросткового возраста?
Егор Кончаловский (Egor Konchalovsky)

«Почему ты потеряла телефон?», «Почему ты потеряла третий телефон?» – вот из последнего. Она все время их теряет. Правда, на два последних накопила сама уже – собирала карманные деньги. Маша – художница, очень хорошая. Может, через поколение ей передался талант Кончаловского, Сурикова (прадед и прапрадед Егора, русские художники. — Прим. «Антенны»). Но что из этого выйдет, пока неизвестно. Ей 14 лет, и мы не хотим на нее давить. Вообще, дочка большая молодец. Но ленивая. А так цены ей бы не было.

Кому вы позвоните, если захотите услышать слова поддержки?
Егор Кончаловский (Egor Konchalovsky)

Мне они не нужны. Поддержки в чем? Мужчина должен сам жить свою жизнь.