Собчак рассказала, сколько зарабатывает и почему не хочет детей

Телеведущая призналась, что она долларовый миллионер, и впервые объяснила, почему до сих пор не решилась родить ребенка.

Ксения Собчак редко дает интервью. И уж тем более не говорит о личном. Но на днях редактор модного журнала сделала исключение.

И кроме политических вопросов ответила на ряд личных. Например, на вопрос Романа Супера, в какой стране она хотела бы жить, Ксения сначала возразила, что патриот, но в крайнем случае эмиграция возможна только в русскоговорящую страну. Тогда Роман предложил ей Лондон, который Ксения тут же отмела по причине слишком дорогой жизни. Мол, не потяну.

«Да, я долларовый миллионер, – призналась журналистка на радио «Свобода». – Но для того, чтобы обеспечить тот уровень жизни, который я люблю: чтобы были водитель, домработница, квартира нормальная, этого не хватит в Лондоне. В Лондоне мои друзья, долларовые миллиардеры, живут в таких квартирах, в которых, честно говоря, тесновато. Там другой уклад жизни. В Израиль не хотелось бы, но, знаете, я об этом стала думать – получить израильский паспорт с фамилией Виторган будет легче всего. Не зря же я замуж выходила. Будет еврейская линия. Меня всю жизнь считали еврейкой, хотя во мне еврейской крови ровно столько, сколько польской, чешской и русской. То есть еврейства во мне одна четверть по маме. Но принято считать, что мой папа был евреем. Это не так. А вот мой муж Максим Виторган – полностью еврей. Но я бы скорее уехала в Америку. Там большая русская диаспора. Делала бы карьеру на русском телеканале там. Еще есть Рига».

Задал Роман Супер вопрос, почему Ксения до сих пор не родила ребенка. Как ему свойственно, напрямую. Собчак же, как свойственно и ей, напрямую ответила.

«Я не хочу не иметь детей в 60 лет. Но сейчас я не понимаю, зачем они мне. Но я понимаю, что мне 33 года. И природа распорядилась таким образом, что этот вопрос мне надо как-то решить до 40 лет, – ответила Ксения. – Чем раньше, тем лучше. Время идет. Но у меня большое противоречие между биологической необходимостью и тем, что мне нравится моя жизнь сегодня. Я боюсь, что с детьми все это очень изменится. Я не понимаю, зачем мне эти изменения. Когда людям становится скучно, когда они испытывают потребность в большей любви и нежности, они хотят детей. Меня все устраивает».