До встречи: 5 политиков, продолживших карьеру после тюрьмы

Обвинительный приговор Алексею Навальному был неприятным, но ожидаемым финалом долгого процесса по делу «Кировлеса». В то же время никто не верил, что молодой политик получит реальный срок. Теперь, когда самые мрачные прогнозы судьбы Навального сбылись, его сторонников волнуют три вопроса: смягчат ли приговор после обжалования, какую поддержку можно оказать семье Алексея и сможет ли он вернуться в политику после того, как уголовное преследование прекратится? Последний пункт кажется вполне вероятным: история знает случаи, когда политические деятели успешно продолжали карьеру после тюрьмы. Woman’s Day вспомнил самые яркие из них.

Алексей Навальный: история

В мае 2011 года в отношении Навального, тогда уже успешного оппозиционного политика, было возбуждено дело по статье 165 УК РФ («Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения»). Пресс-служба МВД рассказала СМИ свою версию случившегося: якобы Навальный обманом вынудил директора ГУП «Кировлес» Вячеслава Опалева заключить невыгодный контракт. Сумма ущерба, нанесенного «Кировлесу», оценивалась в 1,3 млн рублей.

В апреле 2012 года дело было закрыто за отсутствием состава преступления, однако по поручению руководства Следственного комитета России следствие вскоре возобновилось. Официальные обвинения Навальному были предъявлены 31 июля 2012 года.

17 апреля 2013 года по делу «Кировлеса» начался судебный процесс, окончившийся лишь 18 июля. Судья Блинов приговорил Алексея Навального к пяти годам лишения свободы в колонии общего режима и штрафу в 500 тыс. рублей.

Алексей Навальный: перспектива

Сторонники Алексея выступили с резкой критикой приговора. Западная пресса и ряд политиков поддержали их во мнении о политической подоплеке дела «Кировлеса». После того как суд признал Навального виновным в совершении экономического преступления, он автоматически лишился права быть избранным на государственные должности, а значит, «умер» для российского политического процесса.

Скептики, считающие обвинительный приговор Навальному приговором его политической карьере, ссылаются не только на действующее российское законодательство, но и на опыт другого российского политзэка нулевых – Михаила Ходорковского. Спустя несколько лет жизни в колонии Ходорковский открыто признался, что не планирует возвращаться в политику.

Навальный заявляет о своей готовности сражаться до конца, но до начала отбывания наказания (в том, что принципиально смягчить приговор уже не удастся, почти никто не сомневается) его слова многим кажутся бравадой. Тем, кто не верит в возрождение политиков после тюрьмы, нелишне было бы вспомнить опыт известных политзаключенных.