Смотрители живого фонда

В ОАО «Национальные биотехнологии» сейчас работают 40 профильных специалистов, в основном это выходцы из ГНЦ прикладной микробиологии. Немногие недавние выпускники, работающие на предприятии, — дети ученых Оболенска. Средняя зарплата биологов предприятия — $1 тыс.

Похвастаться увеличением продаж могут единицы биотехнологических предприятий. Как, например, производитель иммунобиологических препаратов «Биокад», чей оборот в 2006 году составил $22 млн, а в 2007 году ожидается в районе $35 млн. Общий объем рынка медицинских иммунобиологических препаратов, который привлек основателя компании, бывшего совладельца банка «Центрокредит» Дмитрия Морозова, оценивается в $900 млн. На строительство завода в подмосковном поселке Петрово-Дальнее предприниматель потратил $8 млн. В 2002 году он также приобрел часть Института инженерной иммунологии в подмосковном поселке Любучаны. Работу местного коллектива ученых, не привыкших, по словам господина Морозова, работать на результат, удалось наладить не сразу. Поначалу опытные специалисты в штыки встретили предложение омолодить команду. Морозов выстоял, и усилиями коллектива, в который пришли и вчерашние студенты, были созданы два препарата — генферон (его прописывают при заболеваниях мочеполовой системы) и лейкостим (предназначен для восстановления онкологических больных после курса химиотерапии), с которыми «Биокад» в настоящее время штурмует отечественный рынок иммунобиологической продукции.

Поле биофармацевтики в России давно занято иностранцами. «Правила, по которым они играют, на Западе не были бы разрешены антимонопольными ведомствами, — гневается Дмитрий Морозов. — При этом они специализируются не на инновационных препаратах, которых даже у ведущих компаний в портфеле не более пяти, а на разработках, которые давно не защищены патентами».

Предприниматель сдаваться не собирается. «Мы выиграли конкурс Минздрава на поставку по госконтрактам препарата лейкостим, оставив не у дел две ведущие мировые фирмы — Hoffmann-La Roche и Teva, — говорит Морозов. — Это первый признак перемен в поведении чиновников. Нельзя же вечно дарить деньги иностранцам!» Впрочем, тендер Академии наук компании «Биокад» выиграть не удалось — решено было закупить более дорогой препарат нейпоген фирмы Hoffmann-La Roche.

За несколько лет работы предприятие Морозова смогло увеличить зарплату своим сотрудникам вдвое — биологи сейчас получают от $1 тыс. до $2 тыс. Подобными суммами молодых биологов удается заинтересовать. Выпускницы МГУ Оксана и Ксения после стажировки будут работать на производственном участке генно-инженерных субстанций, причем будущие схемы работы на участке они сами и формируют. «Нам приходится проходить все этапы развития биотехнологической промышленности, которые мы проспали с середины 1980-х годов, — говорит Дмитрий Морозов. — Пока иностранцы продолжают диктовать свои условия, раздавая взятки чиновникам, российским компаниям, не имеющим лоббистских рычагов, успеха не добиться».

Даже ведущие российские фирмы не готовы к производству инновационных препаратов, поэтому наши биологи и не нужны на родине, будучи востребованными за рубежом. «К пятому курсу 80% выпускников или уже имеют предложения от иностранцев, или приняли решение уйти из профессии», — констатирует господин Морозов. Оксана и Ксения согласны со своим начальником. Чтобы заявить о своем желании уехать за границу, добавляют они, студенту-биологу из ведущих российских вузов достаточно просто заполнить анкету, выложенную на сайте какого-нибудь западного научного центра. Велика вероятность, что после этого иностранцы уже сами станут охотиться за молодым специалистом.