Семейный альбом Катерины Шпицы

– Катя была наша! – вспоминает учитель французского языка школы № 22 Лариса Сергеевна Лейбман. – Да, она была отличницей, но не ботаником, не зубрилой! Катюша делала все по высшему уровню и с удовольствием.

– Ее актерский талант был заметен уже в школе, – продолжает учитель литературы и русского языка Алевтина Георгиевна Капочкина. – Как-то у нас на литературе проходил открытый урок по «Белой гвардии». Катя читала часть урока – молитву Елены по поводу болезни брата. Выключили свет, на столе стояла свечка, портрет, книга... Как она прочитала эту молитву, как она упала перед этой иконой! Было много народу. Но после этой молитвы стояла гробовая тишина.

Катя – удивительно благодарный человечек. В ней есть некое ядро, которое никогда и нигде не исчезает и не меняется. Она постоянна. Катя связей не рвет и, несмотря на успех, очень дорожит человеческими отношениями. Поздравляет меня с праздниками, иногда звонит и просто так – поговорить или попросить совета. «Алевтина Георгиевна, давайте поговорим!» Я – ей: «Давай я перезвоню». Она: «Нет-нет-нет!» Понимает, что это – денежки.

Когда ее малыш сказал первое слово, Катя позвонила мне, и я услышала: «Ну, давай, Герман, говори Алевтине Георгиевне свое первое слово». И первое слово было не ожидаемое «мама», а какой-то «шиш» или «кыш». Мы дружно смеялись.