Со второй попытки все получается: кольцо соскальзывает и со звоном падает на пол, подпрыгивая, закатывается под кровать. Замираю: в ночи любые звуки слышны отчетливей. С опаской смотрю на мужа: он дышит по-прежнему ровно – спит. Вздыхаю с облегчением. Кольцо подниму потом. Потом, потом... Все потом... Не дай бог, возней разбужу мужа. Не люблю его... Не люблю его по ночам.

Мы были первым поколением, которое не стеснялось обсуждать оргазмы с четырнадцати лет и мастурбировало, не испытывая мук совести. Москва – город не для девственниц. Город бесконечного слияния тел, судеб, душ. Горячий, обжигающий, разбрызгивающий воду сотнями струек по рекам, кранам и стаканам.

И ни секунды Ариана не ощущала вины перед мужем. Это приключение, первое за всю ее долгую семейную жизнь, не имело никакого отношения к ним двоим, да просто никакого! Это даже изменой не назовешь!

Пальцы Дениса нежно-нежно, едва касаясь ее живота, сползли вниз. Пуговица джинсов была расстегнута, и молния пропустила его руку. Он положил ладонь между ее ног, словно хозяин. Расстегнул брюки. И ее ладонь легла поверх его руки: «Да, это твое, бери!»