Как научиться рисовать: школы Флоренции

Cветлана Кольчик собиралась поехать заниматься йогой, но вместо индийского ашрама попала в художественную школу во Флоренции. Где ее научили красиво рисовать. Медленная штриховка, техника да Винчи, голые натурщики – эта медитация эпохи Возрождения оказалась гораздо полезнее для ее кармы.

Флорентийские «боттеги»

как научиться красиво рисовать
как научиться красиво рисовать

«Торопись медленно. Так Сенека говорил, ты не знаешь? – хихикает бородатый маэстро Доменико Милето, глядя, как я неосторожным движением третий раз за последние полчаса ломаю грифель. – Прикосновения твоего карандаша к бумаге должны быть легкими, как крылья бабочки».

А я вообще-то никуда не тороплюсь – так мне, по крайней мере, кажется. Я сбежала от моих пролетающих, как автомобили на «Формуле-1», перегруженных московских будней и почти на целую неделю приехала во Флоренцию учиться рисовать. Почему во Флоренцию и почему вдруг рисовать? Во Флоренции – моя любимая «Венера» Боттичелли в Уффици, фантастическое инжирное мороженое и самый большой в Европе магазин Salvatore Ferragamo. А еще лучшие арт-школы в мире – сюда круглый год едут учиться все подряд: художники, которые решили начать все с нуля, жадные до впечатлений неофиты (вроде меня), бизнесмены, переживающие кризис – экономический или среднего возраста, блондинки в поисках себя (или новой любви – арт-терапия ведь может запросто перейти в секс-терапию, особенно в Италии), путешественники, желающие добавить в предсказуемый туристический маршрут что-нибудь настоящее...

Одна из самых респектабельных арт-школ во Флоренции Bottega Arcimboldo.
Одна из самых респектабельных арт-школ во Флоренции Bottega Arcimboldo.
Вид на реку Арно и мост Понте Веккьо.
Вид на реку Арно и мост Понте Веккьо.

Меня, правда, нельзя назвать совсем уж неофиткой: в детстве я практически жила в мастерской у мамы-художницы, а потом долго встречалась с коллекционером современного искусства, который вместо ресторанов таскал меня по выставкам и мастерским. Но одно дело смотреть, а другое – рисовать самой. У меня на все про все неделя и ранимое эго перфекционистки. Мне дико интересно, смогу ли я за это время чему-то научиться. Вышеупомянутый Доменико, директор одной из самых респектабельных арт-школ во Флоренции Bottega Arcimboldo (такие школы здесь часто на старинный манер называют «боттегами» от итал. bottega – «мастерская»), куда я записалась на экспресс-курс по рисунку, пообещал сделать меня за неделю другим человеком. Начало интригующее.

Читайте далее: Почему для рисования нужно успокоиться и выкинуть из головы лишние мысли?

Рисование как йога

...«Пьяно, пасьенца, дисчиплина», – над моим девственным мольбертом склонился один из преподавателей боттеги, важный седовласый флорентиец по имени Мауро Сарти – по-моему, он похож на Раймонда Паулса. Пьяно. Пасьенца. Дисчиплина. Эти три итальянских слова – «медленно, терпение, дисциплина» – моя новая мантра. Мауро утверждает, что рисование – это йога. Нужно успокоить ум, перестать слушать мысли, расслабиться и одновременно сконцентрироваться. Иначе будет трудно и никакого удовольствия.

Францисканский монах Кристинел пишет автопортрет.
Францисканский монах Кристинел пишет автопортрет.
Подрабатывать натурщицей – популярный источник заработка во Флоренции, особенно среди студенток. Некоторые умудряются зарабатывать «телом» больше 1000 евро в неделю.
Подрабатывать натурщицей – популярный источник заработка во Флоренции, особенно среди студенток. Некоторые умудряются зарабатывать «телом» больше 1000 евро в неделю.
Мауро утверждает, что рисование – это йога. Нужно успокоить ум, перестать слушать мысли, расслабиться и одновременно сконцентрироваться.

«Главное в рисовании – голова, – наставляет меня маэстро Мауро. – Перестань думать о том, что ты будешь делать сегодня вечером. Будь здесь и сейчас. На втором месте – глаза: ты должна научиться видеть то, чего не видят другие, – мельчайшие детали, оттенки, блики, полутона, свет, пространство. А твои руки – они просто слуги. А еще... – на этих словах Мауро взял у меня из рук карандаш и многозначительно произнес: – Ты должна касаться бумаги грифелем так же нежно, как ты ласкаешь своего мужчину».

Но даже эта романтическая аналогия мне не помогает. С детства мне было трудно усидеть на месте, и сейчас у меня уже успела устать правая рука, затекла спина, а 10-санти­метровый грифель с тонким, как нож скальпеля, кончиком продолжает ломаться. Мой темперамент привык к бегу на короткие дистанции и стремительной смене впечатлений, а характер – к быстрым победам. А мне приходится сидеть в студии с плотно зашторенными окнами и штриховать простым карандашом квадраттини! Или я совсем разучилась учиться?

Читайте далее: Рисование как воплощение детской мечты

Заняться искусством никогда не поздно

Мауро Сарти, преподаватель Боттеги Арчимбольдо, работает над копией картины Микеланджело «Святое семейство».
Мауро Сарти, преподаватель Боттеги Арчимбольдо, работает над копией картины Микеланджело «Святое семейство».
Девушке-вундер­кинду Сандре прочат славу Леонардо да Винчи.
Девушке-вундер­кинду Сандре прочат славу Леонардо да Винчи.
«Ты должна касаться бумаги грифелем так же нежно, как ты ласкаешь своего мужчину...»

Мои одноклассники, однако, корпят над своими мольбертами под «Богему» Пуччини со стоически сосредоточенными лицами. Компания у нас собралась колоритнейшая: 40-летняя учительница из Гамбурга; 28-летняя бизнес-монстр из Ванкувера; красавица неопределенного возраста – бывшая модель и пиарщица Armani; ее 22-летний сын – тоже модель; францисканский монах родом из Молдовы, который служит в церкви Санта-Кроче в центре Флоренции; мрачный владелец маленького флорентийского отеля, который громко ругается каждый раз, когда у него ломается грифель; 38-летняя многодетная мама – тоже из Флоренции; двое крайне благовоспитанных детей профессора Принстонского университета и, наконец, всеобщая любимица, 15-летняя флорентийка Сандра с личиком с картин Боттичелли. Ее преподаватели прозвали «Леонардина» в честь Леонардо да Винчи – карандаш в руках этой девушки творит чудеса, и ей прочат большое будущее.

Натурщик Марко в Бот­теге Арчимбольдо.
Натурщик Марко в Бот­теге Арчимбольдо.
Студенты в Школе Чарльза Сесиля рисуют гипсовые слепки.
Студенты в Школе Чарльза Сесиля рисуют гипсовые слепки.
Уличный художник
Уличный художник

Немка Элизабет, чей муж торгует яхтами, из-за чего семейство временно обосновалось во Флоренции, рассказала мне, что только в сорок лет она решилась воплотить детскую мечту – рисовать: родители-профессора в свое время запретили ей даже думать об искусстве и заставили пойти в пединститут. «Мне вначале сложно было, я привыкла делать десять дел одновременно, – говорит она, – а сейчас я подсела».

Читайте далее: Медитация в маленькой художественной студии

Искусство – это не результат, а процесс

«Я тоже могу здесь хоть весь день сидеть – время пролетает незаметно», – вступила в разговор бывшая пиарщица Armani с древнеримским именем Фламиния. Она приходит в студию ежедневно после обеда и вот уже третий день подряд методично штрихует круглую, как дыня, половинку мужской попы с фотографии античной статуи.

Художник Чарльз Сесиль, директор школы
Художник Чарльз Сесиль, директор школы
Светлана Кольчик, Дарья (ученица из России) и натурщик Марко в Боттеге Арчимбольдо.
Светлана Кольчик, Дарья (ученица из России) и натурщик Марко в Боттеге Арчимбольдо.

«Мой мужчина ревнует меня к рисованию, – кокетливо оправдывается она. – Мне, кстати, мужское тело нравится рисовать гораздо больше – оно графичнее женского. Я всю жизнь работала, – продолжает она (при этом уже десять минут терпеливо подтачивая грифель), – а тут решила сделать подарок самой себе – записалась в арт-школу. И вошла во вкус. У меня даже характер поменялся: я стала терпеливее, спокойнее, даже машину вожу лучше. А вот он, – Фламиния показала на своего сына, здоровенного парня, – принадлежит к тому поколению, которое не может без быстрых результатов. Ему здесь учиться сложнее».

Кажется, я тоже начала входить во вкус. Моя мама говорила, что искусство – это не результат, а процесс. Стоило мне заткнуть в себе перфекционистку и включиться в этот самый процесс, как мои движе­ния стали точнее, а штрихи – легче. И зачем люди едут в индийские ашрамы? В состояние медитации можно войти и в маленькой флорентийской студии с зашторенными окнами.

Так учил Леонардо

В лучших флорентийских арт-школах, которые известны своим крайне академичным подходом, вам вряд ли сразу дадут масляные краски. Сначала вас будут методично учить рисовать карандашом или углем, чтобы глаза и руки привыкли к технике, выработалась усидчивость. Это будут элементарные упражнения вроде штрихования в технике сфумато (принципы которого сформулировал Леонардо) – чем дальше предмет на рисунке, тем больше он тонет в дымке, чтобы выглядеть объемным. Потом будут гипсовые части тела, потом портреты и обнаженная натура. О живописи в первый год обучения не разрешают даже заикаться.

Читайте далее: Как бросить все и начать рисовать

Школа Cecil’s Studios

Вечером я решила заглянуть в другую известную во Флоренции арт-школу – Cecil’s Studios. Она прославилась своим либеральным подходом. Владелец – американский худож­ник Чарльз Сесиль, эксцентрик и душа местной богемы. Он из Чикаго, перебрался в Европу 30 лет назад, учился во Франции, переехал в Италию и в 1983 году открыл школу в самом сердце Флоренции, в районе Лонтарно, где со времен Возрождения находились мастерские художников и скульп­торов. Чарльз Сесиль тоже охотно берет новичков и почти сразу дает рисовать с натуры, используя уникальный метод sight-size – когда пропорции объекта измеряются на глаз с определен­ного расстояния от мольберта и затем по памяти перено­сятся на бумагу (именно в такой технике в свое время работали Веласкес, Сарджент, Гейн­с­боро).

В 60-е годы владельцы устраивали тут буйные вечеринки с оргиями, а сейчас обнаженными здесь ходят исключительно натурщики. Под руководством симпатичного англичанина Тома мы «снимаем мерки» с натурщицы, итальянки со сливочной кожей и формами с картин Модильяни.

В перерыве натурщица накидывает халат и стыдливо убегает в туалет, одноклассницы отчаянно флиртуют с преподавателем (они явно были бы не против нарисовать его без одежды), а я интересуюсь у одной из самых взрослых учениц, 36-летней Сидни из австралийского Брисбена, что ее сюда привело. «А вы читали книжку Eat Pray Love («Есть Мо­литься Любить», бестселлер американской писательницы Элизабет Гилберт)? – Сидни улыбается, но глаза у нее грустные. – Я ее недавно прочла и поняла: это все про меня. Там героиня разводится и едет начинать новую жизнь в Италию. Я прошлым летом тоже развелась, закрыла бизнес, сдала дом и решила провести год в Италии. Просто так, для себя. Так здорово пожить в другой среде, вдали от привычного тебе окружения, от надоевших расспросов типа «как ты, тебе уже лучше?»! Когда еще такая возможность будет? Я стала учить во Флоренции итальянский, и мне предложили поучиться в арт-школе. Я попробовала – мне понравилось. Здесь я не только о разводе забываю, но и вообще обо всем на свете!»

Читайте далее: «Я стала мысленно раздевать мужчин, представляя, как бы я их рисовала с натуры»...

Лучшая психотерапия

Я тоже ближе к концу недели основательно обо всем забыла и потихоньку начала понимать тех, кто, раз попробовав рисовать, полностью меняет жизнь, – во Флоренции это в порядке вещей. Когда в последний день в Боттеге Арчимбольдо мне разрешили нарисовать копию мускулистой мужской ноги, процесс меня настолько захватил, что я потеряла счет времени.

Раз попробовав рисовать во Флоренции, человек полностью меняет жизнь.
Раз попробовав рисовать во Флоренции, человек полностью меняет жизнь.
Возраст учащихся в арт-школах варьируется от 13 до 60 лет.
Возраст учащихся в арт-школах варьируется от 13 до 60 лет.

Проходя мимо меня, маэстро одним глазом взглянул на мой рисунок и закивал: «Браво!» Я было засомневалась в его искренности, но он тут же подбадривающе произнес: «Оставайся у нас! Талант ждет, чтобы его разбудили». Для меня, впрочем, оказалось важнее другое – все эти дни итальянские учителя хвалили меня (и остальных учеников тоже), как только итальянцы умеют хвалить­ своих обожаемых детей. «Браво!» каждые пять минут были лучшей психотерапией – такого количества «поглаживаний» я, наверное, не получила за всю свою сознательную жизнь.

Скульптурная студия Romanelli при школе Чарльза Сесиля.
Скульптурная студия Romanelli при школе Чарльза Сесиля.
Девушки в арт-школе Чарльза Сесиля рисуют голого мужчину.
Девушки в арт-школе Чарльза Сесиля рисуют голого мужчину.

Я не знаю, удалось ли мне «разбудить» талант и стала ли я другим человеком, но что-то вокруг меня изменилось. Во-первых, я испытала щенячий восторг, причем с дозой адреналина, когда мой рисунок ноги получился похожим на оригинал. Во-вторых, я начала иначе смотреть на мир – он сделался объемнее, наряднее. Разница, как между фильмом по телевизору и фильмом в 3D-кинотеатре. Фотографии, которые я делаю на телефон, стали гораздо художественнее – я вспомнила, что такое свет и композиция. А самое смешное – я стала мысленно раздевать мужчин и – не поверите! – женщин, представляя, как бы я их рисовала с натуры. Это здорово тонизирует.

back to school

В эти школы во Флоренции можно смело записываться, даже если вы ни разу в жизни не держали в руках кисть:

  • Боттега Арчимбольдо (La Bottega dell’Arcim­boldo – Art Academy), www.florenceartacademy.it;
  • Школа Чарльза Сесиля (Charles H. Cecil Studios), www.charlescecilstudios.com;
  • Академия Джона Энджела (Angel Academy of Art), www.angelartschool.com;
  • Студия скульптуры Рафаэлло Романелли (Studio Galleria Raffaello Romanelli), www.raffaelloromanelli.com.