А нам все равно!

Модный район, модный архитектор, модный интерьер... Для всех, кто покупает недвижимость, это далеко не пустые слова. Но в конечном счете выигрывает не тот, кто следует за модой, а тот, кто находит в себе смелость все сделать по-своему.

Текст: Марк Хелденс, Майкл Сэинато (Marc Heldens, Michael Sainato). Фото: Марк Силен (Marc Seelen).

Крестный отец

Беркли, Ричмонд и Окленд — бурное развитие этих пригородов Сан-Франциско началось в послевоенные годы. Во многом благодаря Джозефу Эйшлеру и его девелоперской фирме Eichler Homes. Речь шла не просто о расширении мегаполиса, который перестал вмещать всех желающих. Эйшлер был человеком неординарным. Последователь идей Фрэнка Ллойда Райта и Миса ван дер Роэ, он одним из первых произнес фразу, которая сейчас считается аксиомой: «Надо впустить природу в дом!» Окрестности Сан-Франциско стали для него экспериментальной площадкой, где он отрабатывал свою концепцию жилья «новой формации» — просторного, органично вписанного в ландшафт и при этом недорогого.Его клиентами были молодые американцы, представители среднего класса. Причем не только белые, но и цветные. И это в те годы, когда в США все еще существовала расовая сегрегация! Такое свободомыслие стоило предпринимателю членства в Национальной ассоциации девелоперов, откуда его выгнали с большим скандалом. Это, впрочем, не помешало его бизнесу: с 1950 по 1974 год он построил более 11 тыс. домов. Сегодня американцы говорят, что Эйшлер изменил их стиль жизни, и считают его «крестным отцом» калифорнийского модернизма. Понятие «эйшлеровский дом» стало нарицательным. Но, как ни странно, архитектурная ценность этих коттеджей еще недавно была под вопросом...

Загородные дома и коттеджи
Загородные дома и коттеджи
Дома в сан-франциско
Дома в сан-франциско
Встроенные шкафы в столовой сохранились со времен постройки дома. На винтажном японском комоде — лампа с хромированным основанием от Джорджа Ковакса.
Встроенные шкафы в столовой сохранились со времен постройки дома. На винтажном японском комоде — лампа с хромированным основанием от Джорджа Ковакса.
Стол, спроектированный Эриком Пфайффером, окружает целая коллекция стульев от Чарльза и Рэй Имс. Потолочный светильник Saucer, дизайн Джорджа Нельсона для DWR.
Стол, спроектированный Эриком Пфайффером, окружает целая коллекция стульев от Чарльза и Рэй Имс. Потолочный светильник Saucer, дизайн Джорджа Нельсона для DWR.

Виртуальный роман

«Нам сказочно повезло! — говорит Эрик Пфайффер, хозяин особняка в Окленде. — Мы поселились здесь до того как возникла мода на стиль 50-х годов». Что правда, то правда: в последние годы цены на оклендскую недвижимость взлетели до заоблачных высот. Дома, которые строились для людей с невысокими доходами, сегодня стоят таких денег, которые среднему классу и не снились. Что касается Эрика и его жены Мелиссы, то они успели приобрести недвижимость в Окленде за пару лет до начала этого бума — благодаря простому человеческому любопытству....В тот вечер Мелисса по обыкновению просматривала объявления на интернет-сайтах риэлторских агентств. Но вовсе не ради поиска нового жилья, а просто из любви к искусству! В тот момент Пфайфферы были целиком и полностью довольны своей небольшой квартирой в Сан-Франциско. Ожидая прибавления семейства, они затеяли перепланировку, но о переезде и не помышляли. «Ограниченный метраж меня никогда не смущал. Я долго жил в маленьких квартирах и знаю, как использовать пространство с пользой», — говорит глава семьи.Архитектор по образованию, Эрик уже давно занимается дизайном мебели. Его «конек» — многофункциональные объекты, которые экономят пространство и делают жизнь проще. Но есть у него и другая слабость — архитектура 50-х годов. Именно она сыграла решающую роль в этой истории: когда Мелисса неожиданно обнаружила в Интернете выставленный на продажу модернистский особняк в Окленде, планы семьи изменились в один миг. «В таком доме я готов пожить!» — заявил Эрик, и уже через пару дней Пфайфферы отправились на смотрины.

Отыскать этот коттедж не так-то просто: со всех сторон его окружают зеленые насаждения. Это несколько осложнило первое знакомство Пфайфферов с их будущим домом. Прежде чем попасть сюда, они изрядно поплутали по округе.
Отыскать этот коттедж не так-то просто: со всех сторон его окружают зеленые насаждения. Это несколько осложнило первое знакомство Пфайфферов с их будущим домом. Прежде чем попасть сюда, они изрядно поплутали по округе.
Центральное место в гостиной занимает столик Elliptical Table от Чарльза и Рэй Имс. Подставка для журналов из гнутой фанеры спроектирована хозяином дома, а абстрактная живопись над камином - работа его жены Мелиссы.
Центральное место в гостиной занимает столик Elliptical Table от Чарльза и Рэй Имс. Подставка для журналов из гнутой фанеры спроектирована хозяином дома, а абстрактная живопись над камином - работа его жены Мелиссы.
Дети Пфайфферов растут среди культовых объектов дизайна, таких как шезлонг Имсов, табуреты Алвара Аалто и торшер Flos.
Дети Пфайфферов растут среди культовых объектов дизайна, таких как шезлонг Имсов, табуреты Алвара Аалто и торшер Flos.
У окна - стул, спроектированный хозяином дома Эриком Пфайффером.
У окна - стул, спроектированный хозяином дома Эриком Пфайффером.

Вне конкуренции

«Поначалу мы опасались, что покупка будет нам не по карману», — признается Эрик. После того как у порога дома Пфайфферы обнаружили целую толпу потенциальных покупателей, их сомнения только усилились. Однако ситуация разрешилась неожиданно просто: пройдясь по дому, конкуренты лишь недоуменно пожали плечами — дом 50-х годов постройки отпугнул их своим старомодным обликом. Казалось, что никакой ценности он не представляет и вкладывать в него деньги просто нет смысла. Тогда, в самом конце 90-х, никто и не предполагал, что совсем скоро мир захлестнет мода на винтаж! Не знали об этом и Пфайферы, но они-то как раз за модой не гнались. Интерьер, который отпугнул других покупателей, вызывал у них неподдельный восторг. Мало того, что дом достался им по сходной цене, он к тому же оказался в идеальном состоянии! Деревянная обшивка стен, встроенные шкафы и кухня, реечный потолок — казалось, что за пятьдесят лет облик коттеджа не изменился ни на йоту. «Прежние хозяева ухаживали за домом, как за родным ребенком, и даже не пытались здесь что-то переделывать», — восхищается Мелисса.Все признаки (плоская крыша, внушительный объем остекления, внутренняя отделка, грамотно распланированный сад) говорили о том, что в руки Пфайфферов попал типичный дом фирмы Eichler Homes. Каково же было их удивление, когда выяснилось, что это не так! И все же сходство было не случайным: коттедж построен по индивидуальному проекту архитектора Дэвида Джонсона, который в свое время принимал непосредственное участие в разработке «эйшлеровских домов».

Фрагмент гостиной. Диваны и кресла - дело рук хозяина дома.
Фрагмент гостиной. Диваны и кресла - дело рук хозяина дома.
Спальню и ванную разделяет раздвижная дверь. Столики спроектированы Эриком.
Спальню и ванную разделяет раздвижная дверь. Столики спроектированы Эриком.
Коттедж Пфайфферов строился по индивидуальному проекту, поэтому здесь есть элементы, которых не увидишь в соседних типовых домах. Например, реечный потолок.
Коттедж Пфайфферов строился по индивидуальному проекту, поэтому здесь есть элементы, которых не увидишь в соседних типовых домах. Например, реечный потолок.
Кухня осталась неизменной с 50-х годов. Новые хояева Мелисса и Эрик лишь перекрасили шкафчики, чтобы добавить в интерьер цвета.
Кухня осталась неизменной с 50-х годов. Новые хояева Мелисса и Эрик лишь перекрасили шкафчики, чтобы добавить в интерьер цвета.

Не было бы счастья...

На примыкающем к дому участке Мелиссу и Эрика поджидал еще один сюрприз — бывшие жильцы явно намеревались возвести там небольшую студию, но так и не успели завершить работы. Пфайфферы довели эту постройку до ума, и именно там Мелисса начала свой собственный бизнес (ее компания Modern Seed выпускает мебель, одежду и игрушки). Да так лихо, что очень скоро ей пришлось переехать в более просторный офис. Теперь студия находится в единоличном распоряжении Эрика, но скучать в одиночестве ему не приходится. «Детей так и тянет сюда. Они видят, как я работаю, решаю возникающие по ходу дела проблемы... Я наблюдаю за их реакцией и нередко кое-что меняю в своих проектах. Для меня такая преемственность поколений очень важна. Когда мне было 14 лет, я соорудил доску для сноуборда из стекловолокна и нескольких слоев фанеры. Мне потребовалось немало времени, чтобы сконструировать ее, и если бы не отец, я бы вряд ли справился с этим делом. Никогда не забуду эту историю! А теперь мне помогают Киган с Люком. Разве это не здорово?!»

На полке в студии выставлены мини-модели объектов Эрика. «Раньше я занимался архитектурой, но такие проекты требуют нечеловеческого терпения, а мне его всегда не хватало, — говорит Пфайффер. — С мебелью все гораздо проще: процесс от возникновения идеи до ее материализации занимает не так уж много времени».
На полке в студии выставлены мини-модели объектов Эрика. «Раньше я занимался архитектурой, но такие проекты требуют нечеловеческого терпения, а мне его всегда не хватало, — говорит Пфайффер. — С мебелью все гораздо проще: процесс от возникновения идеи до ее материализации занимает не так уж много времени».
Киган и Лукас в отцовской студии.
Киган и Лукас в отцовской студии.
Эрик и Мелисса Пфайффер в своей студии.
Эрик и Мелисса Пфайффер в своей студии.

Далее вы узнаете, как уложить волосы в пучок