Бесчеловечный конвейер: 5 реальных историй из роддомов

В специально созданном паблике женщины делятся тем, что им пришлось пережить, рожая детей.

Не так давно по cети прокатился флэшмоб с хэштэгом #насилие в родах. Мамы откровенно рассказывали о том, с чем им пришлось столкнуться в роддоме: хамство, неоправданное вмешательство в ход родов, унижение. Женщинам далеко не всегда говорят, что и зачем с ними делают. Оговоримся: бывают ситуации, когда просто нет времени на то, чтобы рассказать о предстоящем вмешательстве и взять на него согласие. Но экстренные ситуации при нормальных родах встречаются не так уж часто.

Итак, на что женщина имеет право в любом роддоме:

— Все осмотры и процедуры медики должны проводить, сперва объяснив женщине, что и зачем они собираются делать, и заручившись ее согласием – письменным.

— Хамство, ирония, уничижительные замечания недопустимы.

— Во время схваток можно вести себя так, как удобно: ходить, петь, танцевать, есть или пить.

— Должна быть возможность рожать в присутствии мужа/мамы/доулы – кого угодно, кому будущая мама доверяет.

— Давить на живот запрещено приказом Минздрава еще в 1992 году. А эпизиотомию ни в коем случае нельзя делать без согласия роженицы.

— Рожать можно не только лежа, но и в любом удобном положении.

Кроме того, Россия поддержала положения ВОЗ:

— Ребенка сразу после рождения отдают матери (если он или она не нуждается в экстренной медицинской помощи).

— Зашивать разрывы и разрезы без обезболивания нельзя.

— Пока женщина находится в роддоме, ей помогают наладить грудное вскармливание.

Фото
GettyImages

Иногда мамочка сама не в силах принять решение – ситуация для нее все же стрессовая. Поэтому так важно, чтобы рядом был близкий человек. И еще один важный момент: женщина может выбирать и врача, который будет вести беременность и принимать роды, и медучреждение, в котором будет рожать.

Если же вы принципиально против прививок, эпидуральной анестезии или чего-либо еще, нужно заранее написать заявление об этом. Эту бумагу нужно взять с собой в роддом и подать заведующему отделением. Заявление обязаны принять вместе с вашими требованиями. Если отказываются: смело жалуйтесь главврачу и дальше по инстанциям: от местного департамента здравоохранения до прокуратуры.

Кажется, все это – вещи очевидные. Поэтому, наткнувшись в социальных сетях на группу #Насилие_в_родах, мы были поражены, сколько женщин каждый день рассказывают довольно страшные истории своих родов. Мы публикуем некоторые из них.

1.

«Только сейчас, оглядываясь назад, я начинаю понимать, что там творится с женщинами. Какие гадости им говорят, как грубо с ними обращаются, как их ненавидят. Как матерям суют смесь, потому что медсестры говорят кормить по часам, вместо того, чтобы они держали детей на груди. А мы этому верим, ведь они же люди в белых халатах, мы привыкли им доверять. На осмотры приходят высокомерные педиатры и начинают: „А что ты будешь делать, если твой ребенок не будет набирать вес? Что ты будешь делать, если у тебя не будет молока?“ И я вижу эти напуганные глаза молодых девочек, у которых теперь есть зерно сомнения в их совершенности и уверенности как юной матери. Сомнения, которые посеяла эта бездушная женщина. Это дикий конвейер рожениц, которых кесарят по графику, независимо, есть ли у тебя показания к этому или нет. Им проще тебя разрезать, зашить как набивной мешок и поскорее отделаться».

2.

«3 года попыток, полгода подготовки к беременности. Врачи, анализы, муж со всеми справками. На третий месяц 2 полоски. 7 недель. Кровотечение, скорая, капельницу в вену, пакет с лекарством в руку, приемный покой. Сажают в приемном в кресло, зеркало, я надеюсь на чудо, но вижу, как лицо врача искажается брезгливостью, и она отпрыгивает от меня. На белый пол льется кровь – выкидыш. „Одевайтесь, все вышло“, – швыряя зеркало, говорит она и выходит. На полу мой долгожданный… Желанный… Держу себя в руках в надежде прореветься вне стен больницы. Направляют на УЗИ. Девушка за столом просит документы. Протягиваю ей бумаги, в глазах все плывет. „Мне не нужно все! Вы слепая? Дайте только направление! И что тут делает этот человек (мой муж)? Выходите!“ Муж берет документы молча, отлистывает ей нужное, и остается. Нас ведут в гинекологическое отделение. Меня берут за руку и говорят, что будет еще один осмотр. Остаюсь в одной белой домашней футболке и в носках. „Новокаин на вас работает?“ – „Нет“. „Будем пробовать, анестезиологи спят“. Мне привязывают ноги к креслу, и до меня начинает доходить происходящее. Умоляю сделать анестезию – отказ. Боль, пот заливает, слышу сквозь пелену: „Расслабься!“. Закончили. Меня бьют по щекам и говорят идти в палату. Встаю. В руки дают джинсы, обувь, окровавленное белье. Иду на ватных ногах из операционной. Босиком по кафелю в коридоре. Санитарка идет за мной и вытирает кровь с пола. Меня встречает бледный муж. Укладывают на кровать, лед на живот. Утром еще один осмотр, очень грубый. Мужиков боялась еще месяца два. Теперь думаю, хочу ли я детей на самом деле».

3.

«Щипцы – это самое страшное, что я видела в своей жизни. Они как будто пришли из XVI века, это было дико. Врач начала говорить акушерке, что она неправильно делала разрез и рассказывала, как правильно, нисколько меня не смущаясь. Грудь малыш брал плохо после местных бутылочек с огромными дырками, а когда пришло молоко, грудь стала каменной, и сын просто отказался ее брать совсем. Каждая акушерка ругала мою маленькую грудь, как будто я специально себе такую выбрала. Наконец нашла силы сказать „довольно“. Ушла домой, встретилась с консультантом по ГВ, ребенок тут же взял грудь, почувствовав мое спокойствие и ее уверенную руку, и началась новая жизнь».

Фото
GettyImages

4.

«С самого начала я решила, что буду рожать в роддоме в соседнем городе, про наш местный роддом очень много плохих отзывов. Да и условия ужасные: один туалет на этаж, и тот без двери, нет душа, нет реанимации. Поставила в известность врача, у которого стояла на учете. Это была главная ошибка. Сначала врач просто отговаривала. Потом дошло до угроз: «Вызываем санитаров, вяжем ее и поднимаем в роддом, чего тут с ней разговаривать, сделаем КС и все». Придумали мне кучу диагнозов – врач в другой клинике смотрела на них, и не понимала, откуда они это взяли.

В итоге врач из ЖК написала на меня заявление в соцзащиту, что якобы нерадивая мать не хочет рожать, а сроки прошли, и вообще она хочет убить ребенка. Разыскали моих родственников, с которыми я и не общалась больше 20 лет. Те подали на меня в розыск. Полиция вынесла у нас дома дверь, унесли мои вещи, мужа арестовали. Когда я пришла с адвокатом в отделение, читала заявление от моей мамы: «Моя дочь вышла из дома и не вернулась, предположительно утопила ребенка в ванной». И я – беременная. Наплакалась я, натерпелась. А врач сказала: «Этого всего можно было бы избежать, если бы ты пришла рожать в наш роддом».

5.

«Помню потолок, как везли меня голую, уязвимую и беззащитную. Помню операционную, как анестезиолог кричала, где хирург. Ей ответили, что она чай пьет и пока не допьет, мной не займется. Помню, как после операции меня перевалили на кровать в палате, шваркнули на живот льда. Как отказали в обезболивающем. А наутро, как проснулась, я сбежала. У меня была цель покинуть это страшное место. Я уважаю врачей и средний персонал, среди моих знакомых есть потрясающие и талантливые люди, которые посвятили свою жизнь спасению чужих жизней. Я никогда бы не подумала, что в мире есть подобные люди, которые из ненависти идут в медицину. Скоро будет год с той истории. Я боюсь забеременеть, чтобы снова машина выгоревших на работе гинекологов и акушеров меня прожевала и выплюнула, как отработанный материал.

Женщина – не мясо, она живая, она беззащитна и ей нужна не только медицинская, но и психологическая помощь, поддержка. Женщина – не инкубатор для плода, ребенка, называйте, как хотите. Каждая женщина – личность, человек. Она пришла за помощью. Пожалуйста, прекратите этот бесчеловечный конвейер боли и унижения».

К счастью, такие случаи – все же не система, а большинство мамочек покидают роддома счастливыми.

0.

«В роддом я приехала ночью, схватки были уже очень сильными. Сонная акушерка начала меня оформлять. Меня скручивало и бросало в пот на каждой схватке, но на вопросы я отвечала. Хотя и стояла при этом на коленях на полу, а локтями на сиденье стула. Акушерку это абсолютно не волновало, и вообще она была очень милой. В родблоке была пара уже родивших девочек и больше никого. Поэтому все родзалы и все КТГ были мои, ложись – не хочу! КТГ – это реальная пытка на схватках. На мою голову начались еще и потуги. Зашла какая-то новая акушерка, которой я сообщила про потуги. Она сунула в меня руку и сказала, что, мол, ничего удивительного, ведь раскрытие уже 8 см, и сейчас пойдем рожать. Это были одни из самых сладких слов, что мне доводилось слышать за свою жизнь! Акушерка меня отстегнула и мы пошли рожать. Я забралась на кресло и ждала указаний этой прелестной женщины. Соображала я уже через раз, потому не сразу все пошло гладко – нужно было держаться за какие-то ручки и тянуть их на себя, мне же хотелось я от них отталкиваться.

В какой-то момент ангелоподобная акушерка сказала „ну давай, давай, уже полголовы есть“, чем крайне меня удивила, потому что я не чувствовала вообще ничего. Но я „дала“, и тут почувствовалось некоторое облегчение. Я поняла, что это родилась голова, а значит, 80% дела сделано. Еще одна потуга, и виновницу происходящего подняли, показали мне и выложили мне на живот. Она была розовато-лиловая, размахивала руками и ногами, пищала. И вот тут меня ждал сюрприз. На этом моменте обычно все пишут, что заиграла музыка, запорхали бабочки и единороги поскакали по радуге. Так вот, фигушки. Я прислушивалась к себе и не чувствовала абсолютно ничего. Хотелось только есть и спать, а дочь ощущалась на животе как большая скользкая лягушка. Я никак не могла поверить в то, что я родила такого большого скользкого человека. „Успокойся, все в порядке, поверить не можешь?“ – „Не могу“. Потом мой кулечек положили ко мне, и вот тут я растеклась! Потому что кулечек смотрел прямо на меня, как мне показалось тогда, прямо мне в глаза, не мигая, и просто читал меня насквозь. Пришелец! Она была восхитительная! И даже когда нас уже отвезли в палату, я не спала всю ночь и весь день – просто смотрела на нее, какая она красивая. Гораздо красивее большинства детей, конечно, как же иначе».

«Случаи, когда женщина сталкивается с хамством или непрофессионализмом врачей, – это скорее исключение, чем правило. Но у нас принято демонизировать медиков. Врачебные ошибки, моменты, когда специалист сорвался (возможно, из-за банальной усталости), – они подхватываются СМИ и тиражируются. Один только хэштэг „врачи-убийцы“ чего стоит. Мало кто задумывается о том, что далеко не все эти истории – правда. На деле нередко оказывается, что мать, обвинившая врачей в хамстве, сама едва не загубила своего ребенка, пытаясь рожать дома, в присутствии какой-то там повитухи, в больнице отказывается от операции, а надо спасать уже не ребенка, а ее саму. И счастье, что ей удалось сохранить все органы. Публикаций о том, что врач в очередной раз кого-то спас, практически нет. Даже если он в экстренной ситуации становится донором крови для человека, которого оперирует. Ведь он просто сделал свое дело», – считает врач, акушер-гинеколог с хирургическим стажем Елена Стаминова.

С мнением врача согласны далеко не все. Вот что написали в одной из сетевых дискуссий, посвященной отношению к женщинам в роддомах: «В каждой семье есть история, когда женщину едва не угробили в роддоме. На каждую орали в больнице. Каждую пытались запугать неведомыми диагнозами, каждой прописывали лекарства „на всякий случай“, не разобравшись толком в анализах. И вы говорите, что это не система?»

Комментарии

35
под именем