Об интерьере

Фото №1 - Дача Леонида Парфенова: свой огород и кролики
Фото
Дмитрий Дроздов/«Антенна»

«В этом доме мы живем уже 13 лет, – рассказывает супруга Парфенова Елена Чекалова. – Строился он и обставлялся постепенно. Причем здесь нет дорогих вещей. Часть мебели приобрели за небольшие деньги в торговом центре. Потом сняли с купленных шкафов стандартные двери и вставили те, что нашли в деревнях. Обшили кресла и диваны чехлами с узорами, даже лампочки раскрашивали. Все собственноручно доводили до ума. Я не люблю богатые дома, где все однообразно, по каталогу. В них нет индивидуальности. А у нас каждая деталь интерьера – целая история. Например, в Лёнином кабинете главное украшение – щит, который он привез из Эфиопии, когда снимал фильм «Живой Пушкин». Это были тяжелые съемки. Муж попал в плен к бандитам. Их группу обокрали, а потом даже хотели расстрелять. Они кое-как уговорили злоумышленников, чтобы их отпустили.

И за каждой вещью в нашем доме скрывается какой-то сюжет. У нас есть картины религиозного содержания, написанные крестьянами 200-300 лет назад. Это апокрифическая живопись. Очень много старой мебели, которую Михаил Суров, друг Лени, вывозил из деревень. Ну как вывозил? Выменивал. Люди хотели поставить в дом какую-нибудь ужасную стенку, а замечательный шкаф, в котором их предки хранили вещи, несли на помойку. И это было свойственно для всех советских граждан. У моей бабушки, которая родилась до революции в дворянской семье, была прекрасная мебель. Когда была ребенком, мама с папой свезли ее на рынок и купили кошмарную стенку. У меня не было права голоса, я не могла выразить тогда протест. Поэтому сейчас для нас с мужем каждая подобная вещь – реликвия. Именно такие предметы старины и создают те самые уют, свет, энергию в нашем доме».

О натуральном хозяйстве

Дача Леонида Парфенова
Дома мы создали идеальную атмосферу для отдыха от городской суеты
Фото
Дмитрий Дроздов/«Антенна»

Впервые я столкнулась с натуральным хозяйством на Сицилии, в имении одного местного барона. Его семья уже долгие годы является главным производителем вина и оливкового масла на острове. У них все свое: хлеб, сыр, масло, фрукты, мясо. И продукты, которые они едят, выращены ими, а не куплены. На сотнях гектаров земли трудятся 80 работников. И, что самое удивительное, за обедом все они сидят за одним столом с бароном. Живут как одна большая семья. Поэтому, когда мы тоже решили выращивать овощи и животных и пригласили помощника, то сделали все, чтобы он здесь чувствовал себя как дома. Ведь главной проблемой в организации натурального хозяйства для нас стала нехватка времени. И без помощи знающего человека просто не обойтись.

На данный момент у нас 30 кроликов, полтора десятка кур, цесарки. Были индюшки, но мы их всех благополучно съели. На днях поедем за новыми. Обычно покупаем их в июне и откармливаем до конца ноября. Вырастают до 18 килограммов. В этом году попробовали выращивать цыплят-бройлеров, но ничего не вышло. Недавно они попали под дождь, и половина передохла. Оказалось, что они не переносят сырости. Решили их больше не заводить, тем более что это искусственно выведенные птицы. У нас нет больших животных, крупного рогатого скота. Я считаю, что к этому надо прийти. Пока нам хватает тех, что есть сейчас. У кролика просто удивительное мясо – диетическое и вкусное. Молоко мы практически не пьем. Сейчас уже наукой установлено, что его с годами нужно употреблять как можно меньше, оно полезно только детям. Но Лёня очень любит домашний йогурт, поэтому я покупаю молоко и делаю йогурт сама.

Дача Леонида Парфенова
Фото
Дмитрий Дроздов/«Антенна»

Хотя стараюсь ходить в магазины как можно реже. Мы и завели хозяйство, чтобы лишний раз ничего не покупать. Жаль, не каждый человек может себе позволить такое. Это роскошь. Все эти модифицированные продукты с этикетками, штрих-кодами губят людей. Ожирение стало просто какой-то эпидемией. С чем это связано? С тем, что люди неправильно питаются, неправильно живут. А потом платят бешеные деньги за диеты. Мучают себя, свой организм. А вместе с тем все толстеют и толстеют. А если бы они просто задумались: почему наши предки не сидели ни на каких диетах и при этом были абсолютно нормальной комплекции? Потому что раньше питались цельными, не переработанными продуктами, не рафинированными. Если вы что-то вырастили сами, то уже можно не считать белки, углеводы и жиры. Ведь в органической пище есть клетчатка, сложные углеводы – то, что так нужно нашему организму. У Лени постоянно спрашивают: «Как это так, твоя жена столько готовит, а ты такой худой?» Это потому, что он нормальную еду ест. Посмотрите, как он отлично выглядит в свои 50 с лишним лет. И во многом это благодаря тому что у нас свои собственные продукты.

Когда у меня не было участка, я выращивала зелень на подоконнике в квартире. Так же делали и Лёнины родители. Большую часть года они жили в деревне, но когда перебирались на зиму в Череповец, то на подоконнике появлялись горшки с петрушкой и укропом.

Зато сейчас у меня на грядках есть практически все: помидоры, редис, топинамбур, морковь. Неизвестно, какие в покупных овощах могут быть пестициды. А мы на участке даже сделали компостную яму. Навоз, трава, листья – все идет туда. Она хорошо закрывается, никакого запаха нет. Зато есть органические безвредные удобрения.

При этом раньше я никогда ничем подобным не занималась. Но всю свою жизнь отталкивалась от опыта родителей. Именно ОТТАЛКИВАЛАСЬ, старалась быть дальше от этого. Я не хотела быть таким же городским человеком. Папа у меня был журналистом, мама – лингвистом. Они люди, посвятившие себя полностью интеллектуальному труду. Им был абсолютно безразличен быт. Они могли купить пельмени, сосиски. Все равно, что есть. Главное – театр, книги. Мне это ужасно не нравилось. У нас никогда не было уютного дома. Поэтому сейчас я стараюсь сделать все, чтобы создать то самое тепло.

Дача Леонида Парфенова
В печи есть даже коптильня
Фото
Дмитрий Дроздов/«Антенна»

О кухне

Я давно хотела кухню, где можно было бы готовить на огне. Считаю, что именно так будет вкуснее, экологичнее. Когда мы приезжали в деревню к Лёниным родителям, мне всегда казалось, что все, что в русской печке приготовлено, в десять раз вкуснее. А потом я поехала в Марокко. Мне очень понравился местный стиль: мазанки, изразцы. Поэтому кухню захотела именно такую. Правда, нам изначально неправильно сделали дымоход. И вся гарь пошла в дом. Потом переделали.

О домашних посиделках

Шкафы мы сделали в национальном стиле, и вещи в них хранятся соответствующие
Фото:
Дмитрий Дроздов/«Антенна»

Для меня очень важно понятие семейного обеда, ужина. Может, именно поэтому у нас с детьми такие хорошие отношения. Это не культ еды. Просто когда все сидят за столом, возникает ощущение праздника. И дети хотят прийти в такой дом. Им это по-настоящему интересно. Это не обязанность, когда ребенок прибегает на 5-минутный перекус к родителям, а потом сразу уходит в клуб. Дочка своих друзей приглашает в дом, сын девушек знакомит с нами. Они хотят, чтобы мы видели, с кем они общаются. У сына недавно был день рождения. Он с друзьями отмечал его в ресторане. Гости спросили: «Почему нет родителей? Мы так хотим, чтобы они были здесь». Меня не было на этот момент в Москве, а Леня пришел. Друзья были в восторге. Согласитесь, это не такая частая ситуация.

Домашние посиделки очень сплачивают семью. Это дает вам возможность расслабиться и поговорить. И у детей возникает чувство защищенности. Это очень важно. Дом – место, куда они всегда могут прийти.