Лариса Гузеева: «Я всегда шла в загс беременной»

На экране она за словом в карман не полезет, а в жизни, как оказалось, Гузеева – заботливая жена и мама. «Из меня веревки вить можно, что все и делают», – признается актриса.

– Лариса, у вас подряд пять съемочных дней программы «Давай поженимся!» по несколько выпусков в день. Как приходите в себя, когда работа наконец заканчивается?

– Ужасно. Я как зомби. Меня просто не существует, в лоскуты разрывает. На следующий день слово не могу выговорить. В голове – каша из-за количества историй женихов, невест. С коллегой своим Андрюшей Малаховым разговаривала, говорит: нельзя все через себя пропускать, но не могу ничего с собой поделать – я в этом смысле человек непрофессиональный. Поэтому потом просто лежу перед телевизором, как кошка, и смотрю «Магазин на диване», который идет там фоном.
Фото
Роман Кузнецов

– Значит, спонтанные покупки в это время не исключены?

– У меня уже стеллаж неразобранных коробок! Эти люди в «магазине» меня зомбируют: возьмите, ножи нужны вам прямо сейчас, третий в подарок, купите пояс и сможете есть все, а он будет колотить по разным местам, и вы вес сбросите. И еще так быстро говорят, что думаю: как же облегчают жизнь. Теперь они поздравляют меня с каждым праздником, звонят: у нас тут новое подвезли.

– Зато у вас дома всегда подарки под рукой…

– Нет, скажут: Гузеева сумасшедшая, что ли, зачем нам это. Я адресные подарки люблю покупать.

Звоню и вскрываю мозг: вы поели или нет

– Дети знают, что к маме, пока она в себя приходит, лучше не подходить?

– Нет, на них это не распространяется, потому что вот эти их рассказы: а Дашка сказала, а он ответил – меня не напрягает, а напротив. Или отвлекаюсь на что-то земное, хозяйское. Еды домашним готовлю, например. Вот сейчас делаю французский пирог с мясом. Хожу прямо в ночнушке по дому, пахнет так вкусно. И со мной происходит полное обнуление. На этот пирог уходят сутки, и меня это отвлекает. Думаю только, как нарезать овощи, сделать тесто. Главное – в это время подружек не звать, приедут со своими проблемами, а мне не до них. Готовлю я промышленными масштабами, потому что родственников много, все любят мою еду. У меня десятилитровые кастрюли дома. Потому что мало ли кто зайдет. Но это мне не в тягость. Когда уезжаю на гастроли, делаю своим два таких огромных пирога. А потом звоню и вскрываю мозг: ну вы поели или нет? Вот сейчас очень расстроена: Георгий, сын, приболел, у него простуда, прошу его: пожалуйста, можно привезу тебе еду – он живет неподалеку. А он: мама, ничего не надо. Я Лельку, дочку, подговариваю: позвони брату, ему нездоровится, а от пирога отказывается. А сын тут же мою хитрость раскусывает и говорит: скажи маме, что ничего не надо. Спрашиваю: разве лучше заказывать сетевую пиццу или суши, позволь мне. Но нет, не позволяет. Говорит: вы меня достали, я уже взрослый. Он и правда взрослый, 25 исполнилось, но мое-то сердце за него болит.

– Когда уезжаете надолго, кто дома за обеды-ужины отвечает?

– Никто не отвечает. Лелька ест только мою еду, Игорь, муж (Игорь Бухаров – президент Федерации рестораторов и отельеров России. – Прим. «Антенны») тоже, а мама может приготовить себе манную кашу, и все. Возвращаюсь домой, а у них оленьи глаза, как будто приехала в детский дом с подарками, а они меня все ждали. Так обнаглели, даже разогреть не могут. Спрашиваю: почему это не трогали. Ой, мы не видели. Поэтому, когда уезжаю, все в холодильнике раскладываю по судочкам и подписываю. Потому что все едят разное. Игорю на завтрак. Маме. Георгию, если они с его девушкой Аней придут. Леле пишу на пельменях: «Сварить знаешь как, всплывут плюс 7 минут». Вот если так все разложу, еще могут поесть.

– Получается, должность мужа не означает, что семья ужинает вечерами в красивых дорогих местах?

– Нет, что вы! Игорь, когда возвращается из рабочих поездок, где угощают всем, звонит заранее: «Лара, я вылетаю, умоляю твои щи с гусем». Я домашних, конечно, развратила, приучила к хорошей жизни. Кокетничаю, говорю им: «Вы без меня по миру пойдете, будете стоять у метро: люди добрые, поможите! А тебя, Леля, кто такую замуж возьмет?»

– Такого не было, чтобы муж вставал к плите по случаю праздника?

– Игорь может порубить, нарезать, когда я его прошу, чтобы было красиво.

– Где тогда территория ответственности супруга?

– Лучшая помощь от Игоря – не мешать. И не устраивать кавардак. У него очень много документов, бумаг, ключей. И вечно он их везде разбрасывает. Стулья вместо вешалок, стол бумагами завален. У него уже и отдельный гардероб, но все равно все где-то валяется, висит. Я это ненавижу.
Из-за меня резали вены, лазали через балконы, дрались

– Вы за идеальный порядок?

– Да, потому что я все время живу в хаосе – аэропорт, гримерная, гостиница. И поскольку дома редко бываю, тут у меня все должно сиять и быть самым красивым и лучшим от посуды до белья: шелка, атлас, кружева, фарфор. А не одноразовые пластиковые стаканчики.

– Чистоту тоже сами наводите?

– Нет, конечно. У меня с 24 лет домработница.

Муж не богатый человек, а работающий

– Муж ваш – человек состоявшийся, зарабатывающий, вы же могли бы не ездить на гастроли, расслабиться…

– Могла бы, но это же моя профессия, что мне тогда делать – сидеть и печь пироги? Не два раза в месяц, а 15? Зачем? Я получила образование, прошла и Крым, и «рым», сделала карьеру и что сесть и заглядывать теперь детям в глаза? Нет, нет и нет. Это мой самый страшный сон. Я обнуляюсь после тяжелой работы, но она мне необходима, без нее просто пропаду. Так же как и все мои коллеги. Что вы! Лиши нас возможности выходить на сцену, на площадку, мы потеряемся. Это я сейчас рассказываю: ой, тяжелые будни «замученной» артистки. Но если бы у меня не было работы, то я бы спилась. Мне так жалко коллег, которые не востребованы, знаю, что это, проходила. И не хочу променять свою загруженность ни на что на свете. А когда кто-то их востребованных жалуется на усталость, как бы им отдохнуть на острове где-то, хочется сказать: «Не работайте, коллеги, все в ваших руках, освободите место другим». Нет, я благословляю Небо, благодарна судьбе, что жизнь сложилась так, а не иначе.

– Вам важно иметь собственный заработок?

– Конечно. Я ни дня не сидела на шее, не знаю, что это такое. Не с чем сравнивать. Может, это такая прекрасная жизнь, когда тебе бросают к ногам все и ты не выкраиваешь. Мой муж не богатый человек, а работающий. Он средний класс, у него своего бизнеса нет уже лет 10–12. Он получает зарплату, среднюю. Сегодня в семье если не жулики, должны трудиться оба. Когда один дома сидит, то вряд ли семья сможет себе что-то особо позволить. А еще дети, их учеба, на это сколько всего надо. Я работаю, чтобы не было недоразумений, чтобы зарабатывать. А не только для того, чтобы тешить самолюбие. Мне страшно, если стану не нужна. Такова реальность.

– За семейный бюджет кто у вас отвечает?

– Игорь, все деньги у него.

– Вы замужем 21 год. У вас с Игорем интересная история: познакомились в юности, но мужем и женой стали через 20 с лишним лет. Не разглядели в нем сразу своего мужчину?

– Я же никогда не была обделена вниманием. Все стадии, краски страстей, любовей, привязанностей, ухаживаний пережила. Из-за меня резали вены, лазали через балконы, дрались… Для взрослой жизни это абсолютно неприемлемо. Много лет назад спросила у Никиты Михалкова: «А что такое счастье?» Он ответил: «Покой». Я тогда подумала: глупость какая… Но мне было 23 года. А сейчас понимаю: да, у тебя должна быть тихая гавань. Когда в 20 лет выходишь замуж, нужны страсти, выяснения отношений, ты себя подогреваешь этим. В 30 лет воспитываешь детей, и все равно нужны переживания глубокие, но не до такой степени. А сейчас мне уже хочется без потрясений. Интересно разглядывать другие краски, более глубокие, не поверхностные. А вот это, когда звонишь подружке ночью, едешь к ней, рыдаешь на кухне, а любимый тебе звонит, приезжает, вы у лифта деретесь, потом едешь с ним, а подруга крутит пальцем у виска – все такое уже неинтересно и смешно. Такое мне хочется изображать на сцене, а домой приехать – включить классный фильм, смотреть его вместе, планировать, куда поедем отдыхать, пройтись вместе с мужем по детям, поржать, обсудить все. Вот такие у нас с ним очень глубокие, даже дружеские отношения, и чувства есть, но вот этого больше. Но предложи я сейчас эту модель, которая для меня органична и гармонична, своей 17-летней дочери, она скажет: боже, замените расстрелом. Так что всему свое время.

– Леле на что советуете обратить внимание?

– Я не лезу. Тоже раньше не слушала советы и делала нарочно. А поскольку дочь со мной пока и отношения с ее Сережей тоже на глазах происходят, я просто наблюдаю. Леля порой обижается: ты на Сережиной стороне, как можешь, я твоя дочь, а ты за него. А я ей: Леля, я и за Аню Георгия, а как? Это новые люди в семье, а если бы гнобила их, вы бы перестали меня уважать, ненавидели бы такую маму глупую. Я на стороне ваших любимых людей.

Процедура усыновления геморройная, вот и шла замуж

– Сын ваш уже женился?

– Нет еще, но они с Аней вместе живут с 17 лет, летом, наверное, поженятся. Такие вещи сейчас уже не имеют никакого значения.
Фото
Роман Кузнецов

– Считаете, к гражданскому браку женщина не должна относиться с настороженностью? Это не тот случай, когда мужчина не хочет брать на себя ответственность? Речь не о вашем сыне, а в принципе.

– Меня это не пугало никогда. Всегда шла в загс беременной, за неделю до родов и с Кахой (Каха Толордава, грузинский сценарист. – Прим. «Антенны»), Георгия отцом, и с Игорем, Лелиным. Потому что потом процедура усыновления такая геморройная, только из-за этого и выходила замуж. А сейчас, мне кажется, это не очень и важно. Люди сами как-то решают для себя.

– Какой себя видите свекровью, тещей? Вам же предстоит быть и в той, и в другой ипостаси.

– Я золотая. У меня уже опыт. Георгий с Анькой живут восьмой год. Девочка сформировалась в молодую женщину у меня на глазах. За Лелькой с Сережкой наблюдаю тоже. Главный принцип: считаю – не соваться, не трогать. Но не бывает все одним днем: была мамаша-стерва, потом ее что-то осенило, она повзрослела и вдруг стала хорошей. Я с детьми никогда не теряла связи. С самого их рождения. И сын, и дочка знают, что важнее их для меня ничего в мире нет. Они в этом уверены, поэтому и крылья расправлены, знают, что разгребу любую их проблему. У меня абсолютно рабская любовь к детям. Поэтому дети и приводили ко мне своих любимых, не боясь и не трясясь. Как я могу сказать: ты знаешь, мне кажется, ты достоин или достойна другого? Никогда себе такого не позволяла – мало ли что мне нравится. Это не мой выбор. Как могу сделать их несчастливыми, допустить страдать? Какая это любовь? Я прям стелюсь перед ними всеми. Если мне предлагают куда-то слетать на выходные отдохнуть, оплатить все, обеспечить бизнес-класс, но знаю, что Георгий с Аней придут к нам в воскресенье, отказываюсь. Стол накрываю, сидим, болтаем, ржем, слушаем музыку, смотрим фильмы. Смеюсь, говорю им: «Смотрите, как я ради вас, надеюсь, вы меня потом в дом престарелых не сдадите. Они в ответ: «Ха-ха, нет, мам, ты что»... Мы с детьми очень близкие. Подруги не знают, когда со мной кофе пойти попить. Потому что, родив ребенка в сознательном возрасте, ты уже себе не принадлежишь.

– Лариса, как смогли достичь такой близости с детьми? Вы же мама достаточно требовательная.

– Да, они у меня закаленные, правда. Я такого жесткача иногда давала, что до сих пор помнят. Даже к психологу обращалась. У меня как закалялась сталь: я из огня да в полымя – и кнут, и пряник, из одной крайности в другую. Не только шубы беличьи стелила. Но любви столько было, я в ней их утопила. Знают, что вся жесткость из-за любви. Но теперь один получил, другая получает высшее образование, воспитанны, слышу все время: какие у тебя классные дети, какие клевые, внимательные.

– За кого душа болит больше – за дочку или за сына, не потому что любите больше, а переживаете?

– За Георгия больше. Лелька пока при мне. А сын давно живет отдельно, на другой площади. Девочки они похитрее, им легче. Она раз в слезы, капризульки, и мальчик уже вокруг нее круги нарезает. Пацана жальче. Он должен, должен, должен все время. Без экивоков. Потому что им, девочкам, все время что-то нужно, их надо баловать.

– И у вас требования к воспитанию сына были жестче?

– В разы. Даже о многом жалею. Иногда перегибала палку. С Лелькой допускала больше самостоятельности, свободы, я ей больше доверяла. С сыном была напугана всякими извращенцами, наркоманами, педофилами, у меня был такой контроль над ним, так следила…
Фото:
Роман Кузнецов

– Это не помешало ему вырасти самостоятельным?

– Очень самостоятельным. Абсолютно. Денег не берет. Подарок не могу ему лишний раз купить! Не надо – я сам. Даже одежду. Звоню из-за границы, спрашиваю. Он мне: «Мама, я тебе миллион раз говорил «нет». Ане его привожу, ей нравится. А сын не разрешает. В лучшем случае носки. Меня это даже обижает.
Я такого жесткача иногда давала, что до сих пор помнят

Сказала сразу: аборт делать не дам

– Лариса, как вы сумели не только сохранить отношения с отцом сына, но мужей нынешнего и бывшего подружить?

– А что им делить-то? Игорь ездил осенью к Кахе в гости. И Каха Лельку обожает, встречает, когда она летает к нему. Родной папа для нее Игорь, двоюродный Каха. Она Георгию говорит: «Хитренький, значит, у тебя будет два папы, а у меня только один?» Так что у нас у детей по два папашки. Так и называют. Папа и Каха. Георгий отца своего тоже зовет по имени.

– Дети между собой мамину любовь не делили?

– Лельке кажется, что Георгия больше люблю. Говорит: «Конечно, когда к нему обращаешься, так ты прямо Гео-о-оргий, а как ко мне…» Она не то что ревнует, но думает, что я к нему более нежная. Отвечаю ей: «Я просто я к нему такую вину чувствую, столько орала на него, когда был маленький, подростком, и теперь заглаживаю, вылизываю его. Она мне: «Так ты и на меня тоже кричала».

– Леля поступила в этом году?

– Да, она в РГГУ учится, филологом будет.

– Советовалась, когда выбирала?

– Да, у нас вообще такой дом советов. Все вслух проговариваем обязательно.

– Вы дочери не говорите: я родила поздно, и ты не торопись, сначала в жизни лучше состояться?

– Я за ранние браки, пусть женятся, выходят замуж, рожают детей. Не получится, не дай бог, ничего страшного, мы с папой есть, подстрахуем. А как по-другому? Что вышла замуж за идиота – терпи, зачем к мамке прибежала, хвост поджала? Это надо быть каким дураком-родителем. Сейчас любят и хотят детей – пусть. И ранние дети хорошо, и поздние тоже. Какая разница? Это не имеет никакого значения. Но я сразу сказала Леле: аборт делать не дам ни Аньке, ни тебе. Поэтому ты должна понимать, что каждый мужчина, который появляется в твоей жизни, он потенциальный отец твоего ребенка. На всю жизнь. И он не должен потом мотать тебе нервы. А Лелька – такая чадолюбка, лучшая подруга всех малышей во дворе.
От мужчин же столько приятностей всяких: это и секс, и подарки, и поболтать, и к тебе уважение-почитание

– Лариса, каких ошибок нельзя допускать в отношениях с мужем, чтобы сохранить семью?

– Это так индивидуально. Я не учитель. Играю роль жесткой женщины на программе, а по большому счету из меня можно вить веревки, что все и делают. Может, такой знак мой – Близнецы: долго ни на чем не застреваю, не зацикливаюсь, меня очень легко уговорить, перетянуть на свою сторону. Мама всю жизнь говорила: если с крыши будут прыгать подружки, тоже с ними пойдешь?

– С мужем приходилось проходить через кризисные моменты?

– Конечно, ну а как. Что ж врать-то. Все как у взрослых.

– Если проблема какая-то, ссора, как поступаете?

– Об этом должны знать все мои подруги, быть в курсе, как я несчастна. Я же закроюсь в комнате, буду рыдать, всем звонить, вскрывать мозг. А они должны приехать ко мне, утешать, дома все ходить на цыпочках: дети, тихо, мама страдает.

– У нас на работе у девушек-коллег другие страдания: жалуются, что никого встретить не могут. Как думаете, почему так не везет?

– Думаю, у них завышенные требования. Смотрю на героинь на программе: обычная милая женщина, но у нее такие запросы – чтоб и зарабатывал, и красивый, и без вредных привычек, и маму мамой называл… Где взять такого? И всегда кажется, что у кого-то лучше. Попроще, мне кажется, надо к себе относиться и к своим партнерам. Мы с мужчинами – разные планеты. Мужчина увидел грудь, глаза, ноги, и ему уже все равно, какой у нее характер, из какой семьи. А при этом будет рассказывать: хочу хорошую хозяйку, чтобы детей любила.

– Женщины сейчас такие самостоятельные, сильные, содержат себя. Так ли необходим им сейчас муж?

– Слушайте, ну от мужчин же столько приятностей всяких: это и секс, и подарки, и поболтать, и к тебе уважение-почитание. Как без этого жить? А потом, ты всегда можешь дома на нем потренироваться. Если ты учительница внутри, повоспитывать его, поучить чему-то. Кухарские свои способности отточить. Нет, семья – это круто!

– Лариса, многие ноют сейчас: то снег, то дождь, слякоть, серость. Никакого настроения, депрессия. На вас эта погода так не действует?

– Знаете, какое настроение, такое пусть и будет. Я против всего искусственного – вот этого: улыбайтесь – и это войдет в привычку. Ничего не войдет. У вас депрессия? Пользуйтесь моментом! Это питательная среда, особенно для творческого человека. Только в таком состоянии рождаются гениальные кино, картины, музыка. Печаль от пасмурной погоды за окном – это здорово. Наслаждайтесь ей, ну не все же гарцевать как сайгаки? Задумайтесь, возьмите книжку правильную под эту погоду, укройтесь пледом, если дома, и получайте невозможное от этого наслаждение. Никакое солнце, море вам этого не дадут. Когда твой мозг должен все разложить по полочкам, когда необходимо анализировать, впитывать, из себя что-то вытаскивать, – все это должно происходить на белом нудном фоне. Красивее зимнего пейзажа придумать ничего невозможно. У меня депрессия может быть от буйства красок. Они забирают все: фантазию, внимание, настроение. Вот сейчас смотрю за окно: снег идет, какая же красота, какое счастье! А какая прелесть, когда все серое, когда оттепель. Зима – время для особых размышлений, особого настроения. Созерцайте, вовнутрь себя взгляд обратите…

Комментарии

0